Таня, Рита и Рыжик, или Повесть о рыжем котенке

– Я обязательно посижу с Рыжиком, – заверила Татьяна Алексеевна девочку, понимая её беспокойство за котёнка.

Таня посадила котёнка на брёвнышко, помахала ему ручкой и ушла домой. У подъезда обернулась и снова помахала ему ручкой. Рыжик всё время смотрел на неё. Он чувствовал, что от него уходит маленькая хозяйка, без которой он не может жить. Ему не хотелось, чтобы она уходила. Ему хотелось, чтобы она была с ним всегда, чтобы всегда держала его на ручках и без конца гладила бы своими тёплыми руками.

Но Таня ушла не совсем. Она скоро опять вернулась. Принесла пластиковое блюдечко с водичкой. Поставила блюдечко в коробку, а потом и его перенесла в этот домик. Прикрыла домик травой и заглянула внутрь, чтобы убедиться, что Рыжик чувствует себя спокойно и никого не боится. Котёнок сидел смирно. Но когда увидел через отверстие лицо девочки, потянулся к ней, нетерпеливо тараща на неё глаза: он ожидал, что она опять возьмёт его на руки.

– Рыжик, сиди здесь и никуда не уходи! – приказала Таня и с детской нежностью погрозила котёнку указательным пальчиком.

Рыжик подошёл к блюдечку с водичкой. Он хотел пить.

4. Желанная встреча

Таня пообедала очень быстро, собрала и аккуратно уложила в сумку всё необходимое для танцев. План её был очень прост. Она сейчас отправится к Рите домой и попросит её присмотреть за Рыжиком. Тут она вспомнила, что не помыла за собой после обеда посуду и, отбросив все дела, пошла на кухню.

Кошка Маруся беспрестанно увивалась вокруг неё, тёрлась о её ноги головой, лбом, боками, ходила между ног восьмёрками, задрав пушистый хвост. И всё время мурлыкала, будто пела нескончаемую песенку и, задрав мордашку, выжидательно смотрела на неё. Таня налила ей воды, положила в блюдечко мелко нарезанную варёную колбасу, несколько кусочков жареной картошки. Размеренно переваливаясь с боку на бок, Маруся неторопливо и даже лениво подошла к своей столовой, тщательно обнюхала картошку и колбасу.

Вильнув хвостом, отвернулась от еды и снова подошла к Тане, стоявшей перед мойкой. Повертелась вокруг неё, пока она мыла посуду, и только после этой, ставшей в своём роде почти ритуальной церемонии, подошла к еде. Поела колбасу, полакала водичку, а к жареной картошке даже не притронулась. И не понюхала.

– Маруся, а почему картошку не стала есть? – с нарочитой строгостью сказала Таня.– Значит, не голодная.