Проклятое место. Лестница в небо

– Отцепитесь… – прошипела жертва.

– Да ладно, че ты? Вам же, бабам, шлюхам конченым, так нравится, когда суют. Какая разница кто? Я или еще кто-нибудь? Расслабься и получай удовольствие!

Аня попыталась дотянуться до ножен, но бандит, заметив ее движение, ударил девушку по руке. Она застонала, в глазах потемнело.

– Ща ее тут попользуем, а потом пацанам босяцкий подгон сделаем. Хрен ли, всем достанется.

За спинами насильников мелькнул чей-то силуэт, но Аня подумала, что ей почудилось.

– Ты че, у нас же там ватага целая.

– А тебе не насрать ли? Все равно в Зоне сдохнет. Не припереть к нашим – западло. Алексу первому ее отдадим, а то чего это он все Илье вставляет?! – И заржал.

– Ну, Илье поделом. Петух он, тем более, еще раньше жил в Зимовище. Пусть теперь страдает. А про нее – ты прав, западло. Ладно, давай я после тебя ее… – И забулькал. Забавно так, как рыба, захватал ртом воздух.

– Какого?!

– Встань, быдло! – Из-за рухнувшего на пол подельника Кислого шагнул высокий рыжебородый сталкер.

Рыжебородый направил на Кислого пистолет.

– Лис? Ты, сука…

– Я плачу? – вы дальше станции не лезете. Правильно?! Мы так добазарились? Правильно?! – И выстрелил.

Кислый завопил, хватаясь за простреленное плечо.

– Отошел от нее! Живо! – Второй выстрел, целенаправленно в оконную раму. – Вы дальше не лезете! Правильно, я спрашиваю?!

– Пра… пра… правильно… – Кислый, все держась за плечо, отошел к камину.

– Твои из мастерской, может, и слышали выстрелы, но сюда не сунутся, не переживай. Никто тебя не спасет. Вы еще и подмять нас хотели. Вообще попутали. Валерьевич и его деньги вас не удержат, но когда-нибудь вы можете вывести меня. Поверь, я срать хотел на эти бабки. Но это наши терки, да? А девчонку-то за что? Молодая же совсем.

– Сам же и хочешь ее отодрать, лицемер гребаный.

– Знаешь, она молодая и симпатичная, а в Зоне с бабами полный аврал. Но я не собираюсь ее трахнуть. Прикинь? Хотя чего я перед тобой распинаюсь? Наши различия, свин ты тупорылый, хотя бы в том, что я не животное.

Он подошел к корчащемуся Кислому, поставил ногу тому на грудь.

– Ты не животное… Ты труп… Да Алекс за меня… А-аааа!

– Иди на хрен. И Алекс твой пусть туда же идет.

Молниеносное движение руки. Громкий хлопок.