ЕВРЕЯМИ СТАНУТ ВСЕ

Чуть не разбившийся Конфуций,

разочаровался в рыбах и рыбках —

перед глазами стояла жуткая картина:

он прыгает в пустой ров

и разбивается из-за каких-то двух тупых карасей.

Этот случай совершенно отвратил его от рыб,

вечно голодных краснопузых тварей.

Даже с отцом у него охладели отношения

и в этом вечном поединке,

происходящем у него на глазах,

он однозначно встал на сторону мух.

Это была резня,

бойня,

геноцид.

Конфуций стал внимательнее приглядываться

к этим чудным летающим изюминкам,

с их изумрудным, перламутровым и жемчужным отливом,

даже пытался мух разводить.

Впрочем, потребности в этом не было,

мух хватало.

Он был не лишен исследовательской жилки

и стал замечать,

что не все мухи

бестолково носятся по комнатам,

от Рынка до конских навозных куч Круглоуниверситетской,

подставляя себя рыбам.

В глубине роя

вызревала новая идея.

Одна из тысяч мух

отделялась от подруг и соплеменниц,

залетала в книжный шкаф,

ползала по корешкам книг,

по тисненным канавкам заглавий.

От прожорливых летающих рыб

было спасение

только в книжном шкафу —

книгами эти твари совершенно не интересовались.

И некоторые мухи,

понаблюдав за ужасами графского Дома,

перелетали в здание напротив,

в Университет.

Именно эти несколько мух

указали молодому дворянину

путь в Науку,

к знаниям.

Больше других, мух привлекала

совершенно непонятная рукопись,

написанная то ли на берберском,

то ли на эфиопском языке.

Заинтересовавшийся Конфуций

однажды открыл ее

и благодарные мухи

посыпались на страницы.

Они каждый раз садились

одна за одной

в каком-то только им понятном порядке.

И вдруг Конфуция осенило:

это же был текст!!!

Букву за буквой,

как непонятные узоры,

он начал копировать их,

пока не понял,

что это греческие буквы,

написанные какими-то прозрачными чернилами.

Позже, после многих анализов,

прозрачные чернила оказались

древнегреческой или древнеегипетской мочой,

которую только они, мухи,

уцелевшие и отобранные непрерывной войной

с летучими рыбами,

смогли распознать.

Это были уже совершенно новые,

лишенные прежних предрассудков мухи.