Сапфир

В это время человек в маске, стоявший в противоположном конце залы, и по всей видимости, пытавшийся снять с себя эту самую маску, устало и грузно сел на скамью. Наконец, его попытки увенчались успехом, он снял маску и положил её рядом с собой, на скамью и только тогда повернулся к подросткам. Из-под густой шевелюры седых волос, на лоб и виски стекали капельки пота. Мужчина тяжело выдохнул и сказал:

– Ну здравствуйте ребятки! Вот вы и дома.

Максим Рамской почувствовал, как все окружающее расплывается перед глазами, а пол уходит из-под ног.

Он упал на пол и увидел, как упала К-10, судороги блуждали по их телам в сумасшедшем ритме. Мужчина подбежал к нему, обхватил за плечи, так же как, неожиданно откуда-то взявшаяся фигура женщины, одетая в голубое длинное платье, прижала к себе К-10. Лица он её не видел, но врожденная грациозность движений показалось ему знакомой. Мужчина все приговаривал, повторяя слова:

– Ничего, ничего, щас, щас отпустит, надо потерпеть, потерпеть…

Через несколько минут судороги действительно начали отпускать, но сменились ознобом и слабостью.

Максим потерял сознание.

Неожиданная встреча

Стены небольшой уютной комнаты были идеально белыми, ровно, как и потолок, и дверь почти напротив кровати, где он лежал. Его тело было сплошь опутано проводами-датчиками, соединёнными с массивным аппаратом, мерно повторяющим биение его сердца. Такие использовали в древности. С другой стороны, от кровати располагалось окно, из которого то и дело сквозило ветерком, наполненным всё теми же, что и на берегу, непонятными чудесными звуками живой природы.

Как же он мечтал об этом…

Дверь открылась с еле заметным щелчком. Максим тут же повернул голову на звук. В комнату вошла женщина в голубом платье, с длинными светлыми волосами, густыми волнами, спадающими на плечи. Сомнений не могло и быть – это была Тамара Гладски.

– Здравствуйте – выдохнул Максим.

Тамара улыбнулась и ответила:

– Проснулся уже? Ну и заставил ты нас поволноваться гражданин Рамкой!

Она подправила датчики и мельком взглянула на данные аппарата, затем пояснила:

– Твоё состояние вызвано своеобразной «акклиматизацией», слишком велики разницы давления, состава воздуха, влажности… Меняются биохимические процессы в организме, да и рана на затылке усложнила ситуацию.

Максим наконец обретший дар речи, радостно воскликнул:

– Не могу выразить как я рад, что вы живы! Ваш остракизм стал личной драмой для меня.