Самый лучший ветер

Микеша, а ты зачем маленьких обижаешь?

– Так откуда я мог знать, – возмущенно завопил домовой, – я ведь мыслей читать не умею, а на лбу у него ничего написано не было! Я если вижу непорядок, пресекаю сразу же, вот и всё. Только мы приземлились, только встали под разгрузку, смотрю, кто-то незнакомый без разговору цап наш ящик, и попёр куда-то! Я подскочил, спрашиваю ты кто такой и зачем наш ящик без спроса взял, а он молчит. Ну, я и подумал, что своровать хотел, не иначе, а молчит потому, что сказать нечего, поймался.

– Суду все ясно, – заявил Арчи, усаживаясь на стул и с усталым видом вытягивая ноги, – как я и думал, бестолковка нестоящая. Стыдно за вас, уважаемые граждане. Почему мне, взрослому занятому человеку после тяжелого дня приходится решать ваши проблемы – вот совершенно непонятно. Охрану от дел оторвали опять же, три раза. Сами вполне могли бы разобраться, особенно тебя это касается, Нилыч. Да и тебе, Микеша, не три годика, поумнее вроде должен быть.

Оба домовых потупились с виноватым видом, а Фрол даже покраснел. Прочие сидельцы ящика прекратили всхлипывать и притаились по углам, стараясь лишний раз не напоминать о себе, и лишь Кирюшка стоял на прежнем месте, раскрыв рот и разглядывая нас во все глаза с таким уморительным видом, что Арчи не выдержал и подмигнул ему. Домовенок тут же застеснялся и спрятался за спину Фрола.

– Ну, – не выдержал я и чуть поторопил обормотов, так как устал зверски и спать хотелось неимоверно, – предлагайте, как жить дальше будем.

– Бардак уберем, – моментально отреагировал Фрол, – не такой уж он и сильный, дайте только пятнадцать минут и всё. Только вам тогда лучше будет на улицу выйти, нам лишние глаза мешают очень. Мы же домовые, у нас своя магия. Правда, Кирюша?

– Да, – отчаянно смущаясь, подтвердил тот, выглядывая из-за спины атамана, и шёпотом добавил, – стелс-режим.

Охрана в голос заржала, а Денис одобрительно показал большой палец домовенку.

– Вы шибко-то не веселитесь, друзья, – охладил всех Арчи, – пока только определили, кто бардак убирать будет. Войну вашу я своей властью прекращаю. Про ущерб и слышать не хочу – Микеша определит, где что сломано, исправите или возместите. Мосты меж собой наводите сами, я вас мирить не собираюсь. Если что-то подобное повторится, мало не покажется никому, делить вас на своих и чужих я не буду, огребёте все у меня по полной.