Трёпки

Лютовал конвоир Сергей, бил прикладом вайнахов, но они не подавали вида, продолжали лежать около имама.

Начальник колонии плюнул на них, приказав конвоирам усиленно их охранять. В положенное время горцы начали молитву. Они встали на колени около Мухаммеда и затянули свою протяжную песню. От холода конвоиры начали замерзать, но за забор погреться их не пускали. Требование было одно на всех…

Три дня вайнахи молились около тела своего имама, ни на шаг не отходя от него и не давая конвойным забрать тело, пока все не замёрзли.

Начальник колонии лишь изредка посматривал в сторону ворот, но открывать их не решался. Только на четвёртый день он вышел со своими подчинёнными. Сто тел лежали около Мухаммеда, свободных и гордых, рядом с ними находились скорченные тела замёрзших конвоиров. Не выдержали они морозов.

Приказал тогда начальник надзирателям колонии всех к одной яме снести. И закопали полуодетых горцев и конвоиров в кирзовых сапогах и овечьих тулупах вместе…

Одним человеком больше, одним меньше… Страшные времена.

Чудовищные нравы…

Дети имама

Часть высланных вайнахов поселили на юге Казахстана. Места были испокон веков обжиты мирными казахами-скотоводами, и появление воинствующего народа не сулило местным ничего хорошего. Так и случилось. В небольшом посёлке Кумкинашат вечером выходить на улицу было опасно.

Аул не примечателен. Глиняные заборы, саманные дома, побеленные снаружи, пыльные дороги, небольшие урючины и алычи во дворах, кое-где раскинулись виноградные лозы.

И жара, жара такая, что камни лопались с таким пронзительным звуком, как будто в них врезались пули, ступни горели, будто их жарили на сковороде. Спасали людей небольшая речка-арык, которая протекала посередине аула, и тень от деревьев…

После каждой ночи по посёлку шли слухи о криминальных деяниях: то кого-то изнасиловали, то порезали, то произошла кровавая драка. Люди были напуганы, милиция против жёстких и дружных чеченцев сделать ничего не могла, да и, честно говоря, сама побаивалась их.

Местные шептались, каждая семья испытала на себе притеснения пришлых, но терпели и боялись…

В этом посёлке поселились дети имама. Пятеро сыновей вместе с матерью неплохо устроились, быстро обзавелись хозяйством… Построили каменный дом на отшибе, рядом с рекой, живности завели много: овцы, бараны, утки… Корма предостаточно, нанимали местных, чтобы ухаживали за скотиной. Если что не так, избивали и выкидывали на улицу без гроша в кармане.