Грани выбора. Сила характера против силы обстоятельств

Отойдя с рюкзаком в сторону от стойки, чтобы не мешать регистрации, он набрал номер Николая:

– Аллё, аллё, Николай?

– Да, Александр, ты уже в самолёте?

– Черта с два в самолёте! Какой нахрен самолёт! У меня паспорта нет! Ты где сейчас? Далеко? Давай назад!

Вскинув рюкзак на плечо, рванулся к выходу, но, резко передумав, подбежал обратно к стойке регистрации.

– Извините, господа, извините, – он грудью навалился на стойку. – Сударыня, а можно зарегистрироваться по правам? У меня права на вождение автомобиля с собой есть!

Контролёр сочувственно улыбнулась ему:

– Александр Владимирович, для регистрации необходим ваш паспорт.

Привезите паспорт, и мы вас зарегистрируем. У вас есть целых сорок пять минут.

Александр, по-волчьи рыкнув, метнулся к выходу. Выскочивиз дверей терминала, он быстрым шагом поспешил к стоянке автомобилей. В голове ухало: «Как, как такое могло случиться? Куда делся паспорт? Помню, точно помню, взял в кассе билет, сложил пополам и положил в паспорт. Ну, я вас! Кто взял? Жена, дочь? Только они, больше некому.

Изничтожу! Эх, едрит твою кочерыжку!»

Подойдя к стоянке, он обнаружил, что машины Николая ещё нет. Александр рыча, набрал его номер:

– Ты где?! Давай быстрее, я на стоянке жду! У нас времени в обрез!

– Так ты скажи, что случилось? Я уже подъезжаю, но здесь небольшая пробка.

– Давай быстрее, едрит твою кочерыжку! – Александр выключил телефон и, закинув за спину рюкзак, побежал навстречу.

Пробежав метров пятьдесят, он почувствовал, что задыхается.

Остановился, тяжело дыша.

Машина Николая медленно подъехала, уткнувшись колесами в бордюр.

– Ну и что случилось? – Николай вылез из машины и уставился на Александра.

– Багажник открывай и поехали домой. У меня паспорта с собой не оказалось. Корочки от паспорта есть, а паспорта нет. Верка, наверное, вытащила. Нам за полчаса нужно вернуться. – Александр говорил спокойно, буднично, будто ничего сверхъестественного не произошло, только серость лица да тяжелое дыхание выдавали его состояние.

Крупные капли пота выступили у него на лбу.

Николай в удивлении свистнул:

– Ну и дела твои, Господи.

– Да не Господа это дела, не Господа. Чёрта дела это, чёрта. Ай да мать, – Александр кинул рюкзак в багажник. – Погнали, Николай, погнали.

Открыв дверь, Александр нагнулся. Вдруг что-то острое вонзилось в сердце. Раз, затем ещё, так, что он задохнулся, неестественно выпрямился. Боль, резанув, пронзила левую ногу.