Белуха. Выпуск №6

Чувствовалось, что строению много лет, но выглядело оно опрятно и ухоженно. Витя пошёл вперёд; продирая глаза, следом сорвался инспектор, и не торопясь, последним двинулся лейтенант. Постучали несколько раз. На третий к ним вышла старуха в узорчатом платке, в длинной чёрной юбке в заплатках и с босыми ногами.

– Вот уж странно, да, – подумал Витя—пристав, – у нас в деревнях старики валенок и летом не снимают, а эта… – и приветливо сказал: – Здравствуйте, Варвара Богдановна!

– Все Кручихой зовут, и вы зовите також.

Из-за плеча Вити высунулся потерявшийся, было, в своей папке инспектор:

– А документ у вас какой-либо имеется, подтверждающий, так сказать, личность?..

– Докумен? – удивилась Кручиха. – Сейчас поищу.

Старуха скрылась в темноте своего жилища, а молодая исполнительная власть не решалась зайти. Через несколько минут Кручиха, на ходу открывая слипшуюся жестяную банку, протянула им древнюю бумагу с неизвестными, едва различимыми печатями. То ли дореволюционными, то ли времён революции.

Приехавшие смутились. Опять очнулся инспектор:

– А как же вы, можно так выразиться, не работаете? Как же вы, понимаете, питаетесь?

– Так куда ж мине? – обомлела старуха. – Лет-то скока, знаешь? Я на пенсии уж пребываю.

– Кстати, сколько вам лет? – раскручивал отоспавшийся в машине. – У нас нигде не указано… и тут… – задумчиво посмотрел на документ Кручихи инспектор. – Пенсия на вас приходит в собес. Так вы её не получаете. На что вы, позвольте спросить, живёте?

– Мине с Хортицы—рыбы сойти стало невмоготу, ножки уже не ходють.

А, что люди принесуть, тем и живу. Хату мне чинють. Огород подсобляють. Лет же мине, столько и не надобно, пора и честь знать, да всё нетути вершка.

Хоть никто из младшего состава и не понял толком слов Кручихи, инспектор снова встрепенулся и затараторил:

– Ах, ну ясно, ясно. Так за что, разрешите поинтересоваться, за какие такие духовные или материальные блага, вас кормят советские граждане?..

– А это уж не твоя, сыночек забота, я ничого ни с кого не требую, не прошу, не выманиваю.

Уходите отсель, прошу очень…

Старуха закрыла дверь, а когда троица повернулась уходить, Кручиха в дверную щель добавила:

– Вы своей Соломонихе передайте, чоб более ко мне не подсылала. Я и сама скоро отправляться буду. Чо меня судить?..

…

Часто верный пристав и Сергей Ливнянский пытались отговорить Веру Ивановну Грошенко судить старуху.

– Ну, что она тебе сделала? – напирал Сергей.