Полотно

Многие древние истоки шахмат заметны в их специфике и сейчас, но мы не всегда их понимаем…

Табия

Красный цвет был цвет атаки,

поражая стройным видом,

он алел, как в поле маки

иль червленые щиты,

желтый цвет был цвет надежды,

столь подверженный обидам,

сколь нарядные одежды

склонны к призракам тщеты,

был зеленый цветом мудрых,

цветом стойкости и мощи, -

цветом кленов темнокудрых

и усатого плюща,

черный – это цвет финала,

для него все было проще:

лишь печальный блеск опала,

лишь прощальный взмах плаща…

Шорох бурнусов, кружение бурок -

восемь фигурок да восемь фигурок,

как бы там что это ни означало,

это начало?! – нет, табия…

Перед тем здесь что-то было,

было что-то перед этим,

кто в игре не тратит пыла,

тот ведет свою игру:

ясный ум Бузурджимира

дайте нам, и мы ответим,

что достойно славы мира,

что не должно знать в миру,

Алый, далям обреченный,

а зеленый – мирным долам,

тихо двигается черный

в золотой рассветный час,

сникли крыши, пали стенки,

сведены квадратным полом,

вновь неверные оттенки

получаются у нас…

Изображают индусов и турок

восемь фигурок и восемь фигурок,

как бы кого это ни огорчало,

это начало?! – нет, табия…

Столько флангов было раньше,

вверх вилось четыре флага,

но случилось, что в шатранже

кто-то что-то изменил,

и – ошибка или шалость, -

и – просчет или отвага, -

но цвета перемешались

в блеске сажи и белил…

Черный вздыбился победой,

бился красный пульс безумья,

желтой выманен монетой,

зеленел в ночи азарт,

а вокруг чернели ружья,

а вокруг белели зубья,

и с гримасой равнодушья

пешки строились на старт…

Как бы твой ум ни был смел или юрок,

восемь фигурок да восемь фигурок,

как бы на что это ни отвечало,

это начало?! – нет, табия…

Баллада о проходной пешке

Вперед пробивался сквозь вражеский строй

наш витязь, наш ферзь, наш отважный герой,

слоны проходили своею громадой

и вздыбился конь перед вражьей армадой,

и я из фаланги отважно шагнул-

на ферзевом фланге я встал в караул,

но место пустеет, которое слева -

так где ж королева? Ах, где королева моя!

Но вот оказался пред грозной турой

наш витязь, наш ферзь, наш отважный герой.