Алфавит. Часть вторая. К – Р

Боже мой, до чего же всё это запретно, и странно счастливо!

Но ведь мы же с тобою всё те, мы ведь помним излучинку нашу,

Мы одни знаем то, как на ней зрели наши рассветы,

Как тропу выстилали берёзы, в ногах драгоценные блёстки,

Как неправильно, милая, как-то неверно слова твои, радостно спеты,

Как не скажут вовеки мальчишки, поэты-подростки…

И маститые тоже, пожалуй, не смогут поэты.

***

Как славно, если горести избыты,

На лавочке, над берегом другим

Припомнить вдруг старинные обиды,

И – рассмеяться глупостям таким.

И поперхнуться дымом горьковатым,

И дверью хлопнуть, топая в избу,

И засыпать, почти невиноватым,

Сиять во сне, благодаря судьбу…

* * *

Как я любил тот чад,

Тот пыл, те разговоры

О том, что мир театр

И все мы в нём актёры!

Но прогорел театр

И припекло актёров.

Зола. Сладимый смрад

Пошлейших разговоров.

КЛЁВ ЛУННЫЙ

Бальный бархат ночи, изумрудный шарик,

На стальной булавке тоненький фонарик,

Боже мой, фонарик, камень на иголке,

Справа пересуды, слева кривотолки,

У плеча приколот, переливчат, ярок,

Уголёк зелёный, наливной фонарик,

Диадема звёздная, волосы лучистые…

Клюнут ночью позднею господа речистые,

Господа речистые, господа плечистые,

В разговорах честные, в помыслах нечистые,

Вон, уже кидаются на мормышку лунную…

Ресторан шатается.

Господа речистые, господа плечистые,

А глаза у звёздочки чистые-пречистые.

***

Когда погода типа за… сь

И чувства растревожены бутылкой,

И поднят так, как поднят зал на бис,

Твой нервный х.., изменчивый и пылкий,

Когда уже  отбушевал фонтан,

Но чувствуешь, как вновь, зовя к объятьям

Так влажно раскрывается тюльпан

Её несытых уст под лёгким платьем.

Расширенные, в смертной белизне

Зрачки темны, как нефтяные брызги,

И гимном солнцу, х… и весне

Вновь хлещут обжигающие взвизги!..

***

Коконы, бабочки, куколки нежные.

Как я мечтал разгадать тишину!

Голос был нежный, мечты белоснежные…

Куколкой голос свернётся ко сну.

Странно. Не страшно. Даже спокойно.

Радостно даже. Вот май, вот июнь.

Осень. Зима. Снова май заоконный.

Кокон раскрылся… лишь в крылышки дунь!

КОНТРОЛЬНАЯ ЧЕРТА

С попутчицей расстанусь в переулке,

Шагну в подъезд, и тут же пропаду

В патроне лифта, будто дробь во втулке,

И – вверх, с железным визгом, в темноту.