Обреченный

– Понял я тогда, потом не стало интересно, куда это она идёт в такую рань. – «А у нее приятный голос».– Продолжили мои мысли. Песня, как и неизвестная девушка, скрылись и я, прикрыв дверь, вернулся в свое полуживое царство.

Сев на кровати и смотря, как спит моя мама, я вдруг понял, что. – «А песня-то печальная. Значит ей грустно. А так и не скажешь».– Впоследствии я иногда слышал, как она поёт, пока никто её не видит и не слышит, как она думает. А если честно, то я больше никого не видел из медицинского персонала, который бы распевал песни, как она.

Да и вообще кого –либо, кто бы распевал песни с утра пораньше.

И вот совершилось, в начале ноября меня взяли на операционный стол. Сердце моё замирало от предстоящего, всю ночь я не спал, как и моя мать. Мысли о ней меня покинули. Да и кто она такая, что б я думал о ней. – «Она – то обо мне врят ли думает. Я для неё один из многих, к кому она просто колит пальцы». – Думалось мне.

Утро настало, серое и не приветливое, как и вчера. Дни были похожи один на другой.

Я ждал всё утро и весь день, но меня не звали я начал нервничать. – «А вдруг они не подойдут мне. Врач говорил о тканевой или как это называется не совместимости. Ёще о том, что этот вид пересадок органов ещё не так хорошо освоен в нашей стране, что это очень долгая и тяжелая операция». – Меня это не успокаивал, и естественно я злился, бесился и срывался на матери.

И только в 11 ночи меня взяли на стол, последнее, что я помню это то, как кто-то сказал:

– Не бойся, парен, всё будет хорошо.

– А потом я заснул и мне снился сон…

Я не сумасшедший. Просто моя реальность отличается от твоей.

Чеширский Кот (с)

Глава 5

Открыв глаза, я увидел всё как в тумане, кафельные стены, потолок и свет, прям, бьёт в открытые глаза. Отвернув голову от ослепляющего источника, я увидел синий халат, и он почему-то дергался. Приглядевшись, и наведя чёткость я понял, что это хирург, а не просто халат. Я ничего не слышал. И меня это пугало.

Я всё видел, но не слышал, будто я оглох. Я даже не мог понять живой или нет. Повернув голову и посмотрев на себя вниз, я вправду увидел себя и меня чуть не вырвало.

Там был я, точнее мое тело. Меня разрезали точно посередине, вся моя грудная клетка была нараспашку, я видел, как отсекают мои измученные легкие, медленно, но в тоже время быстро. И тут я увидел своё сердце, когда легкое приподняли. Оно билось, и оно было совсем не таким как я его представлял.