Нежные создания, или В фэнтези только девушки

Когда они исчезли, чародей вернулся в дом и закрыл дверь.

Старость он представлял себе по-другому.

И странно – только сейчас вдруг ощутил свое неимоверное одиночество.

* * *

От дамского седла у Шэни разламывалась спина, боль все сильнее сковывала бедра. Ругаясь, пока, в основном, мысленно, принцесса гадала, что будет дальше.

Ансива – просто возмутительно! – наоборот, блистала счастливой улыбкой. Блондинка глазела по сторонам, на всю катушку используя новое, невиданное визуальное восприятие.

Шэни пыталась подражать сестре, но ничего особенного не заметила, кроме того, что угол зрения увеличился.

Глаза у девиц, что ни говори, огромные.

От дома чародея до границ Долерозии было около пятнадцати километров. Маршрут Балимор разработал самостоятельно и нанес его на карту, обозначив четкой пунктирной линией.

– Ваша сила в скорости, – говорил старик. – Не знаю, как сильно расширил Хринг район поиска. Хорошо, если эти дороги еще не попали в поле его зрения, но будьте готовы ко всему.

Дейнар и Хлок заверили чародея, что уж с этим они как-нибудь разберутся.

Под плащами, так чтобы можно было сразу пустить в ход, заколдованные разбойники спрятали мечи и ножи. Правда, теперь привычное оружие казалось им неудобным и тяжелым. Шэни с удивлением отметила, что любимая убивалка походит больше на средних размеров бревно. Видя, как девица пытается размахивать мечом, Балимор заметил:

– Твоя рука теперь раза в три меньше.

Все было меньше, не только руки. Дейнар не переставал изумляться переменам и ужасаться им же.

Особенно его тревожили физиологические особенности, ответственные за то, что чародей назвал «половыми особенностями». Из объяснений Балимора разбойник понял только одно: вопрос в том, кто стоит, а кто присаживается, чтобы справить малую нужду.

– Теперь так и будет, – ответил чародей на заданный шепотом вопрос. И закивал с таинственной улыбкой, от которой у Дейнара мурашки побежали по спине…

Отъехали километров на десять. Старые лесные дороги прилично заросли, но просматривались неплохо.

День выдался по высшему разряду. Тянуло прилечь где-нибудь в тенечке и поспать, вслушиваясь в пение птиц.

И вообще – как прекрасна природа! Сплошная поэзия!

Ничего подобного Дейнар раньше за собой не замечал, и подобные мысли его пугали. Вот что Балимор имел в виду, когда говорил о «полном» превращении.

– Эльфы они что – помешаны на флоре и фауне, каждый дурак знает, – сказал чародей, – поэтому будьте готовы к неожиданностям.