Ожог

Актер молча снял куртку, повесил ее на крюк, оставшись в полосатой рубашке без рукавов. Из внутреннего кармана вынул что-то свернутое в трубочку. Максим мельком разглядел эту вещь, похожую на общую тетрадь, и отправился на кухню.

– Пиво будешь, холодное? Рыбкой закусим…

Ответа долго не было, Максима, думая, что тот не услышал, высунулся из кухонной двери в прихожую. Дмитрий стоял возле залы, нерешительно переминаясь с ноги на ногу.

– Ну так что?..

– Давай, – сказал Кочнев.

И прошел в большую комнату.

Максим хмыкнул, отмечая с профессиональным любопытством, что приятель выглядит изможденным, прямо-таки измученным. Наверное, в театре много работы, репетиции днем и ночью, да мало ли. Писатель увидел и еще кое-что. Казалось, Дмитрий враз постарел на несколько лет.

Болен? Или только что вышел из очередного запоя? Максим выставил тарелки с закуской на стол, достал две банки пива. У Дмитрия какие-то проблемы, он пришел за помощью, это хорошо заметно по его вымученной улыбке.

Максим поставил перед приятелем тарелки и пиво, придвинул кресло к столику, выключил телевизор. Актер оказался напротив него. При свете дня все то, что увидел за пару минут до этого Максим, было отчетливей. Писатель нацепил свою собственную улыбочку.

– Что новенького? – спросил Кочнев.

– Новый роман закончил, буквально на днях. Можешь поздравить.

– Поздравляю.

Приятели открыли пиво, чокнулись банками. Максим увидел, что вещь, похожую на тетрадь, Дмитрий куда-то спрятал.

Возможно, уселся на нее. Снегов едва удержался от вопроса.

– Как называется?

– «Иней на клинках». Фэнтези.

Кочнев кивнул, продолжая улыбаться. Максим сделал еще одно открытие: из него будто выкачали жизненную силу, чего-то катастрофически не хватало. Словно лампочка, горящая вполнакала, Дмитрий потускнел.

Чтобы изгнать нарастающую тревогу, Максима сделал большой глоток пива.

– А вот меня из театра турнули.

– Это как? С чего бы это?.

.

– Директор сказал, что за пьянство… Но это неправда. Ничего такого не было. – Кочнев отвел взгляд в сторону, отхлебнул пива. – Ну, скажем, не так… Я воткнулся в запой в августе, и не меньше недели не выходил. А там у нас премьера намечается, как раз я попал под конец работы… Думал, что это мне уже не повредит – материал мне известен, ничего сложного – ночью меня подними, текст прочту. – На щеках Дмитрия возник и сразу потух румянец.