Сто тысяч рашпилей по нервам. Рассказы и стихи

И еще это поэзия человека, умеющего с этим зловредным эсхатологическим трамваем бороться – и побеждать, подчас самым удивительным способом.

    Оксана Бек

«За коньяком и папиросой…»

К картине Густава Климта на обложке книги

За коньяком и папиросой

Рапидом следует угар,

Неся с собою чувство скверны.

Сто тысяч рашпилей по нервам.

Будто Юдифь у Олоферна

Главу снесла не за удар,

А шею бедного ножовкой

Кромсала долго без сноровки,

И парня мучила вопросом,

А рад ли Навохудоносор,

Узнав, что вместо битвы блуд,

Избрал его военачальник.

Что жизнь грустна, а смерть печальна,

Не только иволги поют.

«Я поздно вечером встаю…»

Я поздно вечером встаю,

И начинаю жизнь свою,

Чтоб упиваться до утра

Как Пушкин росчерком пера.

Пленяет лоно монитора,

Летит компьютерная мышь.

И есть предчувствие, что скоро

Открою дверь – там ты стоишь.

«Во мне сокрыты залежи…»

Во мне сокрыты залежи

Несметные I Q,

Поэтому товарищи

Я днем и ночью пью

А если разработаю

Несметное свое,

Какой печальной нотою

Предстанет бытие

«Одичало стоит Грибоедов…»

Одичало стоит Грибоедов

На бульваре у Чистых прудов,

Где тинэйджеры вместо обеда

Делят чипсы и водку «Smirno?».

Не расскажет мой преданный сервер,

Будто клятва сковала уста,

Как мы пили портвейны на сквере,

Под угрозой мента из куста.

Если спросит парнишка безусый:

«Неужели и вы, господин?»

Я отвечу тому карапузу:

«Да, конечно. Не ты же один».

«Из театра представления…»

Из театра представления

В театр переживаний.

Устав от ночи бдения

Заснул я на диване.

Москва назад столетие

Открыла мне кулисы.

Таирова там встретил я

И Коонен Алису.

Свое пристрастье вкусами

Не упустив из виду

Я в переулке Брюсовом

Райх встретил Зинаиду.

Твой сон не в руку, скажете

С лицом в надменной мине.

Зато не надо в гаджете

Мне их искать отныне.

Амур и Смерть

– Paul! – закричала графиня из-за ширмов, – пришли мне, какой-нибудь новый роман, только, пожалуйста, не из нынешних.

– Как это, grand’maman?

– То есть такой роман, где бы герой не давил ни отца, ни матери и где бы не было утопленных тел. Я ужасно боюсь утопленников!

– Таких романов нынче нет.

    А .С.