Художница

– Ну, это благое дело! Я бы тоже навестил брата, если бы не работа. Передай им привет от меня и спасибо, что вырастили такого славного юношу. – Дядя улыбнулся.

Мы опять замолчали. Дядя глядел на меня, и лицо его было таким добрым и родным. Я прочувствовал его тепло. И тепло ликера. Этот бархатный шоколадный вкус – он обволакивал желудок, вызывая умиротворение. Поистине великий алкоголь.

– Скоро приедет моя Маргарет и я вас познакомлю. Уверен, что она тебе понравится. Мы встретились пять лет назад. Я сидел в парижском ресторане и молча пил вино.

В тот день у меня было подавленное настроение. Не буду скрывать, что изредка меня посещают печальные мысли, я задумываюсь над смыслом бытия. Это свойственно людям моего возраста. То был траурный вечер. И тут она – такая невинная, неподкупная. В то время я был в лучшей форме, чем сейчас. Я заинтересовал ее, а она привлекла мое внимание. Разговорившись с ней, я понял, что она моя любовь. Было трудно переключиться на другую женщину после смерти моей бедной Элизабет. Я стараюсь о ней не думать, и это получается. Многие говорят, что Маргарет интересует лишь мой кошелек, но я уверен, что это неправда.

Я опять промолчал. Сказать было нечего.

– Какой-то ты неразговорчивый. Старый добрый ликер развяжет тебе язык. – Мы выпили еще.

Дядя встал и раздвинул шторы. Из окна открывался прелестный вид на сад.

– Жалко наш сад. Он особенно красив осенью, но эта красота обманчива. Не пройдет и двух недель, как все листья опадут, оставив лишь голые ветки.

Приятно смотреть на оранжево-желтые переливы кустов и последние дни цветов-одногодок. Они так быстро вянут, что не успеваешь насладиться. И вот остаются лишь тонкие стебельки, да и те быстро заносит снегом.

Я понял, что являюсь плохим собеседником для дяди Яна: «Он хочет излить свою душу, но мое настроение не подходит для такой исповеди». Мне стало неудобно: он такой чуткий и милый, а я – циничный и бездушный. Надо было что-то придумать.

– Дядя, мне надо кое-что тебе сказать.

– Да, сынок?

– Вообще-то у меня есть предмет обожания.

– Правда? – Лицо дяди переменилось. – Вот это по-нашему! Вот это по-мужски! Кто она? Француженка? Испанка? А может, итальянка? Ох, уж я знаю этих итальянок! Горячие девчонки!

– Она австрийка, но с самого детства живет в Испании.

У меня действительно была знакомая из Испании. Я встретил ее во время одного круиза. Почуяв симпатию с ее стороны, я спешно покинул страну, дабы не войти в искушение.

– Умница.