Периметр 3. Смесь

– Чёрт! – мистер Ивз выхватил у него из рук планшет и швырнул на стол. – Ты что, не понимаешь, что здесь происходит?! Не знаешь, что все инженеры ушли на дно? Думаешь, просто так? Я повторюсь, в «Стивенс» не любят, когда кто-то слишком умён, слишком крут. Тем более, когда у человека есть такая тяга к свободе и к независимости. «Стивенс» не любят таких, как ты. А ты ходишь с надменным лицом, всем видом показываешь, какой ты крутой, и какие они тупицы. Это скользкая дорожка, Кобб! Хватит играть с ними в игры. Мой тебе совет: прикинься дурачком.

Изобрази умственную отсталость, паралич или что-нибудь ещё, пока тебе с этим не помогли!

Мистер Ивз быстро вышел из кабинета. Кобб ещё долго не мог вернуться к работе. Не знал, как воспринимать слова мистера Ивза. Как угрозу? Или как предостережение? Неужели, тот решил спасти Кобба от злой могучей корпорации? Может, это последний шанс отступить, и точка невозврата уже близко. Коббу стоило засунуть подальше своё самолюбие. Но что-то внутри подсказывало, что этого не произойдёт.

6

Сет лежал в койке. Не мог уснуть. И не мог оторваться от Кристины на экране смартфона. Фотография могла взбесить, развеселить, замотивировать и вогнать в полную тоску. Ничто в лагере не вызывало столько эмоций. Глаза Кристины будто возвращали Сета на волю.

Он заблокировал смартфон. В лагере запрещалось использовать любую связь, кроме той, что требовалась для работы здесь. Заключённые хранили на устройствах лишь те файлы, что остались перед последним задержанием, и которые не противоречили Кодексу.

Сет не смог сохранить никаких эскизов. Ни своих, ни Тодда, ни каких-либо других. Все изображения попадали под вопрос об экстремизме. Многие заключённые считали, что файлы на смартфонах – отражение их истинной человеческой сути. На устройстве Сета не хранилось фотографий родителей, одноклассников, «парковки», и даже видео с трюками. Он стёр всё при переезде к Тодду. Экономил память для рисунков.

Сет закрыл глаза. Знал, что, несмотря на усталость, может пролежать до утра, так и не уснув.

Это мучило многих в лагере. В комнате Сета, из восьми человек, по ночам ворочались трое.

Сон, на удивление, уже подкрадывался. Из коридора доносились крики. Вся комната проснулась. Восемь парней удивлённо переглянулись. Крики повторились. Пара соседей Сета осторожно выглянули в коридор. Через пару мгновений, в дверях торчали все. Двери четырёх комнат распахнулись, и заключённые высыпались наружу. Сет выходил одним из последних.