Соборище 2. Авангард и андеграунд новой литературы

Мечтала о торжественном, благоговейном

звуке фанфар и меня встречающих колоколов, мечтала о сцене и шла на ее

зов, но меня приветствовал лишь гул бесчинствующих мертвецов.

Самое время простится, мне более не хватает строф…»

Джессика делает шаг и сбрасывается в бездну, чувствуя жар погребальных

костров… Ее находят через три дня мертвой, где-то на окраине, средь

смрада зловонных песков, средь чистилищ и Богом забытых городов…

Но я-то точно знаю, что где-то на периферии миров она все так же танцует

свой танец и на паркете остаются отпечатки ее следов… Я-то точно

знаю: где-то на периферии миров, она обрела свою любовь, не встречая

обманщиков и скотов.

Для нее звучит торжественный и благоговейный звук фанфар да

колоколов. Она повелительница сцены, ибо всегда шла на ее зов.

Но это реальность

Где-то там

Посреди миров…

Сколько жизни кругом!

Под моим каблуком целый мир покоится – многогранен, многолик,

невесом.

хмелем, ни под коньяком, ни под терпким ромом, ни под наркотическим

табаком, сколько жизни кругом, что пленительней всякого сна, что

необузданней, чем фантазии под косяком.

Откровения мне в руки вверены, я могу рассуждать и про любовь, и

про Содом, леса гремучие мне по колено, мне по мускулам усладой

разливается малиновый стон! Создание этого Мира, Богу, несомненно,

удалось! Но наверняка с превеликим трудом.

Ведь сколько жизни кругом!

Хочется отправиться в горы с рюкзаком, взять в спутники лишь солнце,

и идти, с ветерком, хочется, чтобы свет закипал топленым молоком и

чтобы ласково струились сквозь облака златокудрые лучи, отпущенные

с поднебесья Богом, и все благоухало кругом.

единение со своей землей, как будто каждый лепесток и лик леса был мне

ранее знаком.

Посмотри, обернись, ни гроша не стоит тоска, коей ты заклеймен,

понаблюдай за водной ряби переливом, пройдись по нашим полям

бескрайним босиком, понаблюдай за величественным лесным массивом.