Русская невестка. Роман

Все четыре девушки тоже погибли. Вот такая выходит штука, Лен…

– Какой ужас… – тихо произнесла Елена. – Из такого маленького села…

– В те годы село было еще меньше. Так что почти все мужское население полегло. Из одной семьи на фронт ушли семь братьев, шестеро из них не вернулись, в другой семье погибло пять человек, в третьей – четверо, и так далее.

Елена подавленно смотрела на обелиск. Арсен ее не торопил.

– Просто уму непостижимо, за тысячи километров от фронта.

– Война была везде, Лена, по всей стране.

– Господи, неужели это может повториться? Люди в мире как будто обезумели. Возьмешь в руки газету, а от нее на тебя атомной войной пахнет, страшно даже… Как ты думаешь, война может быть?

– Ты представляешь, недавно сон видел: будто вот оттуда, со стороны Мрава-сар, вдруг появляются самолеты, не один, не два, а много, очень много. Крылья у них блестят, сверкают от солнечных лучей, потом начинают сбрасывать бомбы, горят дома, пшеничные поля, все вокруг горит. Крик и плач, неразбериха, и, представляешь, бомбят-то наши, советские истребители бомбят, свои – своих же граждан, ужас какой-то… Вот такой страшный сон видел.

По поводу войны я думаю, что, наверное, у человечества все-таки хватит ума не начинать ее. Во всяком случае надо постараться, чтоб ее не было.

– Баба Оля мне много рассказывала про войну, про оккупацию, про свою подпольную работу, о расстрелах, которые учиняли фашисты. И знаешь, часто вспоминала про того спасенного грузина. «Где-то он сейчас, жив ли, нет ли?» Переживала как о родном сыне.

 – Елена потерла лоб, пытаясь поймать утерянную нить разговора. – О чем это я? Да! Вот сейчас я смотрю на этот памятник, вспоминаю рассказы бабы Оли – и такими мелкими, смешными кажутся наша каждодневная суета, склоки, скандалы из-за тряпок, из-за разбитой чашки, из-за лишнего рубля… Разве гибели стольких людей мало, чтобы те, кто уцелел, стали добрее, чище?!..

Арсен смущенно пожал плечами.

– Не знаю, Лена, это слишком сложный вопрос, чтобы на него ответить с ходу… Ну что, поедем дальше?

Елена молча повернулась и пошла к машине.

Арсен остановил машину на обочине. Впереди стоял новенький «уазик» без тента. Директор совхоза не любил ездить под тентом, не выносил запаха перегретой на солнце прорезиненной ткани.

– Лена, ты выйдешь или хочешь отдохнуть в машине?

– Ну что ты! – Елена поспешно вылезла. – Ах, какой воздух! Мятой пахнет! – Она взяла Арсена под руку. – Ну, показывай!

– Что показывать? Все перед тобой.