Легенда Три-Четыре

Боюсь, такого больше не увижу… – огорчённо соглашалась планетолог.

Для неё это было путешествие через страну чудес. А мы, остальные, топали побеждать пустыню.

Только один раз остановились, когда возле ровной сферической вмятины, которую я повёл обходить по периметру, Вовчик встал и неожиданно сказал:

– Примерно две килотонны…

Это он сказал про вмятину. По-видимому сравнил с результатом работы ядерного фугаса на Луне. Тефтелька, не останавливаясь, вяло возразила:

– Просто карстовая воронка.

Третье или четвёртое тысячелетие…

Надо же! Это хороший признак, Тефтелька наконец ответила Вовчику без обычной своей язвительности.

Большая и яркая голубая звезда на искрасна-чёрном небосводе медленно сползала к закату. Чёткая тень скафандра на волнистом грунте удлинялась. Температура жиденькой атмосферы дошла до максимума разогрева – минус двенадцать и, не задерживаясь, стала падать обратно. Такая здесь скоротечная «жара».

Двадцатиметровые, раскрашенные красно-синими шахматными поясками, ракетные башни стали подниматься над горизонтом только на четвёртом часу пути.

Бежать туда в скафандрах невозможно, как и бегать вообще, и мы по каменистой пустыне двигались туда ещё час по относительно зачётному полю. Дюны с небольшим перепадом высот и обширной территорией жёлтых плит, идти по которым можно как по асфальту.

Что ни говори, это удача: повторить подвиг прежних первооткрывателей, идти пешком по неисследованной и пока ещё загадочной стране, которая требовала немедленного своего открытия.

Картинки и беспилотные исследования – это хорошо, они создавали какое-то первое впечатление, теперь дело за нами. Начинаем исследовать эти исходные территории, в которых предстояло теперь жить и работать. Этот, до горизонта рыжий мир.

Да, мы спешили. Но средняя скорость перемещения составляла всего метров двадцать в минуту. Что в три раза меньше чем может позволить себе обычный пешеход на гравитяжёлой Земле. Идём в скафандрах, топаем по неровной песчано-каменистой пустыне!

И уже не терпелось привести в рабочее состояние ровер.

Скафандр, в конце концов, нужен лишь для поддержания минимума жизнедеятельности, но не как транспортное средство.

Когда достигли базы, сразу полез на посадочную платформу II. Бывший пилот Тихон с бывшим штурманом Вовчиком развернули у основания пандусы и мне первому довелось выкатить на поверхность расчехлённый и отстёгнутый с расчалок малый ровер.