Весельчаки, храни вас Бог!

Я надеюсь, ты не рассчитываешь, что тебе будут платить за твою работу? Потому что мы варим суп из рукописей, а если старый Пайкрофт умрет при следующем переезде, чего я с нетерпением жду последние двадцать лет, мы собираемся его замариновать, чтобы потом приготовить канапе-сэндвичи.

ДЖОН РОУЗ. Я привез подругу и хочу, чтобы она вошла в состав труппы.

МАКДАФФИ. Подругу? В смысле, подружку? Ты говоришь про это несчастное, трясущееся существо? И ожидаешь, чтобы я взял в свою труппу эту нелепую американскую шлюху?

ДЖОН РОУЗ.

МАКДАФФИ. Боюсь, я не понимаю разницы, на которую ты вроде бы пытаешься указать.

ДЖОН РОУЗ. Она очень хорошая актриса.

МАКДАФФИ (поворачивается, насмешливо смотрит на МЭРИ МАРГАРЕТ). Ты? Сопливая худышка. Ты актриса?

МЭРИ МАРГАРЕТ. Скорее нет, чем да.

МАКДАФФИ. Вот. Из ее прелестных уст.

ДЖОН РОУЗ. В Америке она снялась в десятке фильмов.

МАКДАФФИ. Добавить мне нечего.

ДЖОН РОУЗ. Мак, или мы оба, или никто.

МАКДАФФИ.

МАХОНИ. Приплыли. (Открывает сундук и залезает в него).

МАКДАФФИ. Кто ты такой, чтобы диктовать мне условия? Величайший актер своего поколения?

МАХОНИ. Только потому, что остальные умерли.

МАКДАФФИ. Это абсурд. Как смеешь ты? Как смеешь?

МАХОНИ. Разбудите меня, когда он задохнется от праведного негодования. (Ложится в сундук, закрывает крышку).

МАРИНА. Папа, слезь с белого коня до того, как свалишься и сломаешь шею.

МАКДАФФИ. Я не слезу с белого коня. Это мой чертов конь, и я намерен на нем остаться. Если вы не хотите…

МЭРИ МАРГАРЕТ. Послушайте, я не хочу создавать лишние проблемы. Если вы не хотите…

МАРИНА. Будет лучше, если вы помолчите и позволите мне все уладить.

МЭРИ МАРГАРЕТ. Я не хочу быть там, где меня считают лишней.

МАРИНА. Плевать мне на то, что вы хотите.

МАКДАФФИ. А мне плевать на то, что хочет кто угодно. Я не поддамся шантажу и не возьму эту жалкую маленькую колониальную шлюшку в величайшую в истории западной цивилизации гастрольную труппу.

МАРИНА. Господи, папа, мы показываем «Рождественскую песнь» на краю земли.

МАКДАФФИ. Даже если бы мы показывали «Панча и Джуди» для двух дохлых свиней и пьяной повитухи во Флайшите, я бы ее не взял, слышите меня? Не взял! Джон Роуз и его миниатюрная сожительница могут прелюбодействовать в чьих-то других походных фургонах. Король сказал!

МАРИНА. Прекрасно. Просто прекрасно.