По законам тайги

Мокий удивился, конечно: чего это серый жалостливый такой вдруг? Волк пошел от него, а потом обернулся, как бы с собой зовет. Мокий, как завороженный, встал с колен и за ним пошёл. А серый ведет его вдоль ручья, местами, где Мокий и не бывал никогда. Долго шли… Мужику аж боязно стало: куда это его волчара ведет, не к гиблым ли местам? Лучше бы уж там загрыз, по-простому. Но вот вскоре вышли они к скалистой излучине, там, где камни, словно великаны над ручьем нависают, а орлы над горными вершинами в небесах кругами ходят.

Глядит Мокий, а тут в ручье-то всё дно желтыми камнями усеяно. Вошел в воду, поднял один камень, а это… золото что ли? На зуб попробовал – Божечки мои, самородок! Тут золота – счесть, не перечесть! Повсюду здесь золото!

Бросился Мокий подбирать самородки, словно обезумел. А какие крупные, иные с гусиное яйцо… Поднимает он золото со дна ручья, а оно горит на солнце, сверкает. На берег кладет и опять в ручей бросается, слова шепчет безумные, голова у него кругом идет. Вдруг вспомнил про волка.

Кинулся к нему, лапы целует, молится на него, поклоны отбивает:

– Волченька, благодетель ты мой! Век доброту твою не забуду! Родной, милый ты мой, спасибо тебе… Пойдем со мной, богато в тереме жить будешь, холить и лелеять тебя буду, золотой ты мой волчок…

Потом бросился вновь к ручью золото подбирать, а волк посмотрел на человека, вздохнул и… скрылся в тайге. Эх, человече-человече… Что для меня богатство да терем расписной. Тайга-матушка да воля-волюшка – вот мое богатство и счастье.

А ты живи по-честному, людям помогай да радуйся!

2019 г.

Илья Гаврилыч

Век вам жить и не тужить, люди добрые! Всем сердцем, всей душою желаю дому вашему счастья, достатка, детишкам – радости, да старикам, ангелам-хранителям, – милости Господней!

Расскажу я вам сегодня, может, сказку, а может, и быль про дружбу крепкую, нерушимую меж охотником Ильей Гаврилычем и волком – зверем диким, славным храбростью своей и верностью.

Как-то раз охотник таежный, Илья Гаврилыч Платонов, взялся белку промышлять.

Илья-то Гаврилыч, охотник знатный, – честь семейного дела соблюдает строго, все законы да традиции ремесла сего старинного в святости чтит. Оттого и тайга-матушка его любовью своею жалует – щедро одаривает трофеем всяким. Но Платонов более чем по надобности не берет, лишь для прокорма себя, долю таёжную. Капканов да силков не ставит. По охотничьему ремеслу сие не возбраняется, конечно, но Илья Гаврилыч принцип свой имеет.