Добрые люди. Роман

Он пытался заставить меня вернуться в деревню три или четыре месяца спустя после смерти твоего отца… Твой дядя злился на меня, но я рассердилась на него еще раньше, и гнев мой был очень сильным, и я не видела его больше после этого…

Касем невольно кивнул, словно соглашаясь с этим доносившимся из прошлого голосом матери… Сколько раз повторяла она ему эти слова: с тех пор как он подрос и стал кое-что понимать в жизни, разговор между ними всегда возвращался все к этому: «… Твой дядя болен, Касем, он в очень тяжелом состоянии, не оставляй его никогда, исполни перед ним свой долг, пока он еще жив… Да снизойдет на него проклятье и наказанье Аллаха, Клянусь тебе, сынок… Это началось о тех нор, как он отнял и засеял землю юродивой аль-Мадждубы… Она, бедняжка, умерла спустя несколько месяцев после этого… За землю он дал ей кусок хлеба, который она своим трудом добывала в его доме… В нашем общем доме.

Она и ее малыши… Потом случилась какая-то ссора. Я даже и не знаю из-за чего. Наверное, причиной тому была одна из жен твоего дяди. Он прогнал юродивую аль-Мадждубу и отнял у нее землю… После этого напал на него этот недуг… Обрушился на него и не отпускал два дня, да так, что он едва мог дышать. Юродивая аль-Мадждуба распустила косы, измазала голову землей и призывала на него все злые силы… Она умерла после этого… Любой в деревне знает, что это ее проклятье обрушилось на него, но все они его боятся…»

– Вы были у врача, дядя?

Старик горько усмехнулся:

– Врач – это Аллах, сынок… От этого нет лекарства…

Он провел рукой по бороде и завершил свою речь словами:

– Здоровью, сынок, как дырявому яйцу, ничем не поможешь…

Касем, желая сменить тему разговора, спросил:

– А как земля, дядя?

– Урожаи все меньше год от года, – ответил старик, улыбнувшись.

 – Но Аллах милосерден к рабам своим, на жизнь хватает. Даст бог, навестишь нас и сам посмотришь на землю и на братьев.

– Иншаалла, дядя, – ответил Касем, снова мысленно погружаясь в старые истории, которые рассказывала ему мать: «…Не только история с юродивой, много подобных ей историй с землей было в жизни твоего дяди. Отец твой был добрый человек, он выступал против дяди, но он был младшим, и дядя хлестал его по щекам, когда тот осмеливался поднять против него свой голос.