Семейная сага. Сборник. Книга I

Катана верного слуги не знает разницы между человеком и духом. Она сама вручила катаны своему самураю.

Он любил её. Он не мог видеть то, кем она стала.

– Рюу! – закричала Мичи и подскочила на циновке.

Рую отбросил катану. Оба бросились к Чио, все ещё лежащей без сознания.

– Она жива? – Мичи спрашивает Рюу.

– Кто-то должен занять её место, – лицо его все также непроницаемо.

– Что? О чем ты?

– Смерть не может исчезнуть.

Мичи не верит ушам.

– Рюу, нет. Столько лет ты…

– Он сказал мне выбирать.

Как всегда выбирать. Тебя я не мог обречь на такую судьбу. Я итак использовал тебя, подверг опасности. Чио мечтала стать собой.

Он касается лба возлюбленной легким поцелуем.

– Теперь она будет вечно прекрасной.

Рюу обнимает Мичи, уводит прочь из сто третьего.

Мичи перешагивает порог. Замирает. До неё доходит только теперь. Проверяет каждую чёрточку, каждый сантиметр кожи.

– Рюу? Я вернулась! Я вернулась!

Он находит в себе силы улыбнуться.

– Прости, что пришлось пережить весь этот ужас.

– Скажи лучше, это приключение! Я ведь вернулась…

– Мичи, брат умирает. Я должен быть рядом.

Они бегут вниз.

Веки Чио дрожат. Самурай подаёт руку новой Госпоже.

Глава 10

Чио осознаёт все. Себя в первую очередь. Тьма слетела с глаз, они распахнулись, очистились от мутной пелены слез. Сознание прояснилось.

– Рюу, – губы шепчут желанное имя. Её губы, только её.

Не Рюу преклонил перед ней колено. Она не боится слуги Госпожи. Не дрожит, не отшатывается от предложенной руки.

Она ощущает силу внутри, холодную, спокойную, обволакивающую туманом.

Перед ней расстилается мир. Открываются тысячи дорог, повороты, переплетения. Люди идут по ним. Сердца как свечи. Впервые зажжённые, сгоревшие до середины, тлеющие огарки. Сердца тех, кто собрался внизу, на первом этаже рекана. Среди них одно, огромное, горячее, единственное важное ей. Рюу…

– Это твоя заслуга, ты победил, – Чио хочет, чтобы он услышал. Его сердце обливается слезами. Одна свеча погасла.

– Зонтик, тогда ты отдал мне свой зонтик. Сегодня ты отдал мне…

– Вечность, – подсказывает самурай.

– Что мне вечность без него?

Самурай снимает шлем. Он сед и стар.

– Ничто.

Печальный старец прав. Они с Рюу стали единым целым в день, когда он, вымокший до нитки, привёл её рекан. Не поцелуи, не первая ночь, но его зонтик и шаги под проливным дождём.

Чио поднимается. Самурай помогает, поддерживает, подаёт кимоно. Сила бушует в ней.