У попа была собака. Повесть

Только мы его нечасто публикуем, он на русском пишет. Одессит же. А в Одессе он ударной медициной заправляет. КВЧ-центром. Ну, тем, про который я писал.

– А ещё он кристально порядочный, – стрельнув в меня лукавым взглядом, подхватила во всём согласная с мужем Неля. Её семейная идиллия в том и заключалась – всегда держать сторону Борюнчика. Я немного смутилась.

– Кристально?

– Абсолютно, – почесал в прорези старенького джемпера свою шерстистую грудь Боря. А Неля, обхватив мужа за плечи, впилась в меня своими тёмными, как кофейные зёрнышки, глазами.

Ребёнком её подобрала в войну киевская семья – вырастила, выучила, и теперь благодарная Неля стремилась всем удружить, всех поженить и всех перезнакомить.

– Правда-правда, – закивала она кудлатой, как у болонки, головой, ещё теснее прижимаясь к Борюнчику. При этом голова её была на порядок выше Бориной, так что кругленький и невысокий муж примостился у неё под мышкой – точь-в-точь два приложенных один к другому шара.

Один побольше, другой – поменьше.

Эта семейная пара возникла после того, как, пройдя курс противоалкогольного лечения, нештатный корреспондент одной из столичных газет Боря Худан сотворил роман об алкоголиках. После чего из шахтёрской среды, где подвизался в горных инженерах, перебрался в Нелину киевскую «трёшку» с намерением стать писателем. Учуяв, что с Бори толк выйдет, Неля взялась за дело со всем пылом уходящей молодости: из мужичонки в облезлом малахае и в старом пальтеце с рукавами чуть ли не до локтей, она довольно быстро создала почти респектабельного господина, которого и подвигла регулярно мотаться в Москву.

Правда, пленить столицу нашей Родины Боре не удавалось, и чуть позже, когда наши отношения стали совсем приятельскими, я срежиссировала ему издание – тема была как раз востребована. Правда, позже Борюнчик всем хвастал, что тиснули его прямо из потока, но это уже Бог с ним.

– Слушай, Ир! А Витька-то забыл у меня очки. Взяла бы ты их – будешь в Одессе – и звякнешь. Он и прибежит.

Я примерила очки и чуть было не проскользнула сквозь их широко расставленные дужки.

– Ничего себе голова, – пробормотала я, укладывая исполинский причиндал в сумку.

– Говорю же, он умный, – с готовностью подтвердил Боря. – Ты с ним обязательно созвонись.