Нефертити, или Прекрасная пришла

И вот уже второй день не видит он свою ненаглядную.

Свою богиню.

Свою жрицу.

И ноги становятся, как пух камыша. Нет сил, встать.

Жена – его сила.

А он обидел её.

Но… это ей захотелось крови! Вот и… чуть не заплатила кровью сына… за потакание тёмным инстинктам толпы.

В то время как он, фараон, всегда против насилия.

Хотя… иногда и в нём просыпается бунтарь. Тогда он один готов идти против всех! Но… только не против своей жены.

Чего только о ней не говорят самые преданные предатели – придворные!

Она знает заветное Слово…

У неё шашни с самим богом Ра…

Правители многих земель слушаются её, как дети…

А он не послушал…

– Тэйе! Богиня моего сердца…

– Ты снова жив? – прозвучал рядом родной и дерзкий голос.

– Жена моя, спаси…

– Бек давно ждёт тебя. И Тутмос пришёл. Ты обещал познакомить его со своим скульптором. Ещё я заказала построить дворец. Маленький дворец для маленького фараона.

Аменхотеп не мог насмотреться и наслушаться, в смысл слов не вникал.

– Ты помнишь, что обещал назначить сына своим преемником?

Фараону показалось: в спальне снова началась гроза.

– Если обещал, – неуверенно пробормотал он.

– Вставай, любимый! И почисти, наконец, зубы!

К фараону вернулись силы, ноги пружинили, сердце порхало…

– Бек, возьми в ученики этого мальчишку. Он знает бога камня, его ладони видят, – поморщился Аменхотеп от боли в затылке.

– Царица поручила мне построить дворец, – важно прибавил Тутмос.

– Дворец? Тебе? – удивился Бек, который каждое утро внушал себе ничему не удивляться, что произойдёт в течение дня: такими непредсказуемыми были фараон со своей женой, и всё же, он по-своему любил их… за то, что они поощряли его к свободе.

Бывало, даже, себе удивлялся не меньше, чем им…

Но заказать дворец малышу?!

Тэйе выбрала время выйти из-за колонны.

– Думаю, работы следует начать с трона… из белого камня. С сиденьем и подлокотниками из чёрного дерева. Ножки в виде согнутых…

– Львиных лап, – звонко опередил Тутмос.

– Я не камень, а ты читаешь мои мысли, – улыбнулась ему Тэйе.

Бек поразился смелости подростка, формы которого сами обещали стать произведением искусства… через несколько лет. Но уже сейчас в мускулах мальчика чувствовалась физическая сила, а в блеске глаз – сила духовная.

– Ведь львы покорились ему! – без тени сомнения объяснил Тутмос своё решение. – И я видел камень в горах: белый, с золотыми прожилками.