Цена. Ощущения сутенёра

Книги, ТВ, газеты создали у меня несколько иное представление о девушках этого рода. А Лада с точки зрения заезженной работой и забытой мужем женщины вызывала максимум симпатии. В ней чувствовалось достоинство и своеобразный покой. Не думаю, что они были в тот момент у меня. Чем она занимается, в округе, похоже, все знали, – парни иногда спрашивали меня:

– Вы видели Ладу? Она заходила сегодня?

– Я как-нибудь к вам в подружки попрошусь, – однажды сказала я, выдавая ей стандартный набор – очередную порцию презервативов (обязательно гладких) плюс земляничный «Орбит».

Лада только молча улыбнулась. Еще бы. Я старше лет на десять. Мне самой в ее возрасте такие казались мумиями.

Было жарко, в магазин вошла старуха и купила стеклянную бутылку лимонада. Я открыла ее, старуха жадно выпила около половины и, отдышавшись, сказала: "У нас в Туркменистане на каждом углу киоски с газировкой. А тут…"

– Знаю, сама оттуда. Из Красноводска.

Она внимательно посмотрела на меня блеклыми глазами:

– А я из Небит-Дага.

В обкоме партии инструктором была. Зачем только этот статус переселенца…

Мы разговорились, обе до слез растроганные встречей. Старуха выражалась грубо, резким скрипучим голосом. Отказавшись полтора года назад от туркменского гражданства и квартиры в Небит-Даге, она получила бумажку вынужденного переселенца, по которой здесь ее кое-как заселили в общагу, набитую алкашами. Добрых слов для России у нее не нашлось.

На наши со сменщицей жалобы о загруженности – предыдущая бригада работала по двое, и просьбы повысить зарплату директор магазина отреагировал странно – нанял товароведа.

Тогда мы сказали, что дорабатываем последнюю смену, пусть ищет новых продавцов.

На этот раз Эдуард Эдуардович подошел сам и предложил мне работу. Я напомнила, что когда-то уже пыталась устроиться к нему. Он еле раскопал меня в ворохе своей памяти: «Ты показалась мне слишком болтливой».

Ну вот. Три года назад место дизайнера в его фотостудии, самой первой (и до сих пор самой крупной) в городе, было пределом моих мечтаний.

А сейчас? Я уволилась из магазина. Он взял троих стажеров, в том числе и меня, на два места, и не мог или не хотел сделать выбор уже вторую неделю. Бесплатные работники очень удобны. А для меня работать из любви к искусству это непозволительная роскошь. Надо было кормить младшего ребенка. Старший сын и так жил у родителей. Стас отсутствовал в Ижевске, уехал на заработки.