Ненаглядные пособия (сборник)

Моя подружка детства Таля живёт в Хельсинки,

татарка, составляет часть русского меньшинства.

Этнос я лучше политики понимаю, когда не за кого голосовать.

    Август, 2014

Из отступившего тысячелетия

Перерыв

Встаёт, разгибает спину,

смотрит в окно на голубей внизу на крыше,

вспоминает, что нужно сыну

купить то-то и то.

Надевает платок, пальто,

проверяет, на что горазд кошелёк,

есть ли в кармане ключ. Запирает квартиру.

Четыре коротких пролёта,

стеклянная дверь, не приобретшая вид парадной.

Воздух. Улица. Переход.

В овощной лавке мимоходом корейцу: «Хелло», —

проверяет дату на картонке с молоком,

берёт коробочку помидор и укроп к салату.

За газетой в соседний киоск,

после приветствий иранец с фаюмским лицом

говорит, что не потеплело.

«Да, становится холодней. Декабрь», —

забирает сдачу.

Мимо цветочного магазина,

поздоровавшись с израильтянкой-владелицей,

поправляющей на полке в ячейках сухие букеты.

Мимо исплаканного лица Варшавского гетто

в витрине «Ликёры—вина», не прихватить ли к обеду?

– ни к чему; про себя подумавши: «Винокурня».

Мимо запаха пиццерии на углу,

в её открытом окне торчит итальянец,

опираясь на по локоть голые руки,

словно он нарисован.

Кивнув ему, добавляет: «Холодно».

Дальше, ответив несколько раз

осклабившимся соседям,

мимо китайского ресторана на углу напротив.

Стоя на переходе,

смотрит в перспективу квартала,

где на ярком небе располагается парк,

как чугунный памятник шевелюре Людвига ван

Бе… не опоздать бы в банк.

Теперь канцелярский товар,

здесь побудет;

кончается бумага для пишущей чужой машинки,

характер которой соответствует её хозяину,

им обоим и собственному названью «Грома-колибри».

Надо найти для него открытку,

заодно поздравить кого-то с чем-то.

Ветерок. Газета.

Вспоминает, есть ли хлеб-

соль, что в холодильнике, каковы запасы,

надо когда-нибудь постирать,

когда было метено в последний раз?

Взгляд, зацепившись за итальянца,

живую витрину, снова на парк,

потом под ноги на каких-то сорок-ворон,

что облюбовали клён, живущий у самых окон.

Хочет дышать – гулять – бродить,

но мёрзнут руки, полны покупок.

«Как это можно забыть перчатки в такую

погоду?» – близкий голос матери, которой больше

нет. Не сразу справляется с замком,

входит в дом.