Черная гончая смерти (и еще 12 жутких рассказов)

Вскоре таинственное сияние исчезло, и только тогда я понял, что это вполне мог быть свет факела из смолистых веток. Я поспешил вперед, проклиная себя за безволие. Пора отринуть страх. Ведь я с детских лет рос в этой стране вражды и насилия, где вековая ненависть все еще тлеет из поколения в поколение. Угроза пули, выпущенной из засады, никогда раньше не волновала меня. К этому я привык. Но теперь знал, что боюсь чего-то туманного, чего не могу понять или объяснить.

Я вздохнул с облегчением, когда увидел свет хижины Ричарда Брэнта, но не ослабил бдительности.

 Многие люди, преследуемые опасностями, были сбиты с толку на самом пороге, за шаг до спасения. Постучав в дверь, я обернулся, вглядываясь в тени, окружавшие крохотную поляну.

– Кто там? – раздался изнутри глубокий резкий голос. – Это ты, Эшли?

– Нет, это Кирби Гарфилд.

Верхняя створка двери открылась, и в проеме показались голова и плечи Ричарда Брэнта. Свет из хижины оставлял большую часть его лица в тени, но я разглядел резкие изможденные черты и блеска мрачных серых глаз.

– Что тебе нужно в столь поздний час? – потребовал он ответа со своей обычной грубостью.

Я ответил спокойно, хотя мне не нравился этот человек. Вежливость в нашей части страны – это обязанность, от которой ни один джентльмен не думает уклоняться.

– Сегодня утром Топ Брэкстон прикончил констебля Джо Сорли и его помощника, а после сбежал из тюрьмы. К гадалке не ходи, он укрылся здесь, в Египте. Я думал, следует предупредить, что поблизости от твоей хижины скрывается опасный убийца.

– Ну, ты меня предупредил, – отрезал он, как это принято у приезжих из восточных штатов. – Теперь ты можешь уходить.

– Нет уж, я не собираюсь блуждать ночью в этих чертовых дебрях, – ответил я уже сердито. – Я пришел сюда, чтобы предупредить тебя, не из-за какого-нибудь уважения или иных высоких чувств, а просто потому, что ты белый человек. Я не позволю чернокожему злодею застать тебя врасплох. Надеюсь на ответную любезность. Достаточно шкуры на полу этой хижины.

Тебе даже не придется меня кормить.

Последнее было оскорблением, но я не смог сдержаться. Ричард Брэнт проигнорировал мой намек на его скупость и невежливость.

– Ты встретил Эшли где-нибудь на тропе? – спросил он.

Эшли был слугой. Мрачный, такой же неразговорчивый, как и его хозяин, раз в месяц он приходил в далекую речную деревню за припасами.

– Нет, не встречал.

– Что ж… Думаю, мне придется впустить тебя, – нехотя пробормотал Брэнт.