Не зови волка

Жуткие шрамы выглядели так, словно дикое животное провело по его лицу лапой с выпущенными когтями.

– Все рассмотрел?

Лукаш понял, что таращится на Рыбака.

Якуб развернулся и исчез в полутьме дома. Смокуви бросил взгляд на Кожмара, стоящего позади. Он не был уверен почему: может, слишком привык к присутствию Францишека? Может, лицо Рыбака напомнило ему о Генрике и о василиске и на мгновение он забыл, что его братьев больше нет рядом.

Может, он забыл, что они мертвы.

– Иди, – сказал Кожмар. – Я сразу за тобой.

Когда Лукаш не сдвинулся с места, Кожмар распахнул свой мундир, демонстрируя два дорогих револьвера.

– Больше оптимизма, лейтенант.

Лукаш снял с плеча винтовку и последовал за Рыбаком.

Несмотря на дождь и туман, внутри дома было сухо, как в пустыне. Пол скрипел под ногами, а воздух так нагрелся от огня в камине, что от его недостатка влаги стягивало кожу. Рядом с камином на жердочке сидела белая орлица. Лукаш поднял голову и уставился на потолочную балку, которая выглядела крайне ненадежно.

Повсюду были разбросаны листы пергамента. Покрытые коричневой пылью, они лежали на трехногом столе, на подоконниках и даже в умывальнике. Листы с непросохшими чернилами висели на бельевых веревках, растянутых по всей кухне. Лукаш и так был слишком высок для этого дома, а из-за подсвеченных огнем полупрозрачных страниц ему пришлось согнуться почти вдвое.

С точки зрения младшего Смокуви, Рыбак совершенно зря набил камин свежими поленьями, после чего огонь взревел с новой силой.

– Добро пожаловать, – сказал Рыбак, не оборачиваясь.

Лукаш не почувствовал особого гостеприимства.

Он бросил взгляд на Кожмара, который положил руку на бедро, поближе к пистолету.

– Тут, эм… – Лукаш пытался подобрать подходящее слово. Запах копоти и пота был почти невыносимым. – Тут, эм, очень…

– Огнеопасно, – подсказал Кожмар.

Отдельные страницы были покрыты плотными рядами текста, написанного одним и тем же неразборчивым почерком.

«Ярек справился бы лучше, – подумал Лукаш. – Интересно, он бывал здесь?»

Тут в его голову пришла еще более пугающая мысль: «Бывал ли здесь Францишек?»

Лукаш внимательно посмотрел на Якуба и понял, что единственный глаз хозяина дома остановился на его обгоревшей руке. На мгновение ему показалось, что это неспроста.