Маракотова бездна

К счастью, внутри наш вес распределился равномерно, так что удалось сохранить горизонтальное положение. Взглянув на батометр, я увидел, что в режиме свободного падения мы уже преодолели расстояние в целую милю.

– Видите, все происходит именно так, как я предсказывал, – с тенью мрачного самодовольства заметил профессор Маракот. – Должно быть, вы читали мою статью в “Трудах океанографического общества” о соотношении давления и глубины. Хотелось бы, конечно, иметь возможность сказать миру еще несколько разумных слов и убедительно разоблачить несостоятельность измышлений профессора Бюлова из Гессенского университета, который осмелился оспаривать мои заключения.

– Черт возьми! Если бы мне удалось обратиться к внешнему миру хотя бы с парой словечек, я не стал бы тратить красноречие на какого-то высоколобого тупицу, – горячо возразил механик. – В Филадельфии живет одна милая девушка. Узнав, что Билл Сканлэн погиб, бедняжка прольет горючие слезы. Честно говоря, на нашу долю выпала чертовски странная погибель.

– Тебе не надо было ввязываться в нашу авантюру, – ответил я, беря его за руку.

– Только представь, каким бы трусом я себя назвал, если бы увильнул, – упрямо стоял на своем Билл. – Нет уж, такова моя работа: оставаться рядом с техникой; точнее, внутри техники. Ей-богу, я рад, что поступил по совести.

– Сколько еще нам… осталось? – после долгого молчания спросил я профессора.

Маракот пожал плечами.

– Надеюсь, что мы успеем увидеть настоящее океанское дно. Запасов воздуха хватит почти на сутки.

Вот только скоро возникнет проблема с выдыхаемым углекислым газом. Скорее всего, из-за него-то мы и погибнем: отравимся и задохнемся. Если бы можно было каким-нибудь образом избавиться от смертельного вещества… но, насколько я понимаю, это невозможно. На крайний случай я взял с собой один баллон чистого кислорода. Если время от времени делать несколько вдохов, нам удастся немного продлить жизнь. Смотрите, мы уже достигли глубины в две мили.

– Но зачем пытаться продлить иллюзию жизни? – удивился я.

 – Разве не будет лучше, если мучения закончатся как можно скорее?

– Верно! – поддержал Билл Сканлэн. – Ради чего тянуть?

– Например, ради того, чтобы не пропустить самое восхитительное зрелище из всех, что когда-либо открывались человеческому взору! – убежденно возразил Маракот. – Чтобы не предать великую, бессмертную науку. Нет уж, давайте проследим процесс до самого конца, даже если результаты исследования погибнут вместе с нами.