Летописец

Змея начала покачиваться из стороны в сторону – свист вводил эту тварь в транс. Она очень медленно и, казалось, неохотно складывала свой капюшон, не сводя взгляда со старика. Продолжая тихо свистеть, индус попятился. Змея послушно двинулась за ним. Так, шаг за шагом, старик уводил кобру от Актеона. Молодой человек облегчённо вздохнул, продолжая наблюдать за происходящим.

Наконец старик отвёл змею на большое расстояние, остановился и замолчал. Кобра какое-то время ещё покачивалась из стороны в сторону, но потом опустилась на землю и неспешно нырнула в джунгли.

Актеон понял, что опасность миновала, и пошёл навстречу старому индусу, который улыбался и с интересом наблюдал за незнакомцем. Не очень глубокие, но отчётливые морщины избороздили его обветренное лицо, словно высеченное из камня. Старик был маленького роста и очень худой.

– Спасибо, – поблагодарил на хинди Актеон.

За долгие годы скитаний он выучил язык и мог вполне сносно объясняться на нём.

Старик ничего не ответил, а только кивнул головой.

– Могу ли я отдохнуть в вашей деревне? – продолжил Актеон.

Но индус вдруг развёл руками, показывая, что не понимает, о чём его спрашивают.

– Ты не понимаешь, – с сожалением произнёс Актеон.

Старик продолжал с любопытством разглядывать пришельца. Его забавляли потрёпанная одежда и давно потерявшая цвет разбитая обувь, что когда-то называлась кроссовками. Но особое внимание привлёк дорожный посох молодого человека. Тонкой работы резьба от пыли и солнца стала в некоторых местах почти чёрной.

Лицо старика стало серьёзным. Он медленно обошёл вокруг Актеона, не отрывая взгляда от посоха, потом осторожно дотронулся до него указательным пальцем и вдруг быстро заговорил на своём языке. Он был не знаком Актеону, видимо какой-то местный диалект.

Актеон решил, что старик хочет получить посох в подарок за спасение.

– Извини, отец, – он постарался вложить в свои слова максимум уважения к старику, – но это очень полезная вещь в дороге. Я не могу отдать её тебе.

Но кое-что для тебя всё-таки есть.

С этими словами Актеон снял с плеч рюкзак, опустил его в придорожную пыль, развязал тесёмки и начал рыться в нём. Индус, сложив руки на груди, продолжал улыбаться открыто и искренне. И тут молодой человек заметил, что у него во рту сохранилось только несколько зубов.

– Держи, отец! – Актеон протянул ему маленький фонарик. Путнику очень хотелось чем-то отблагодарить старика. Индус в недоумении поднял брови.