Летописец

В окружении галдящих мальчишек и девчонок старик и молодой человек подошли к хибаре и вошли в приятную прохладу помещения. Ребятишки тоже порывались проскользнуть вслед за незнакомцем, но старик, нахмурив брови, грозно топнул ногой, и ребятня горохом рассыпалась по сторонам, оседлав близ стоящие деревья. Любопытство брало верх, не давая им уйти. В глазах старого индуса промелькнула добрая улыбка – он не сердился на детей, а только пытался изобразить строгость на своём лице.

Актеон вошёл в хибару. Приятную темноту жилища прорезали косые солнечные лучи, прорывающиеся сквозь редкие щели в стенах старого строения.

Сначала Актеон никого не заметил в глубине небольшого помещения, но когда глаза привыкли к полутьме, перед ним возник силуэт девушки в скромном сари. Расположившись на полу на небольшом потёртом коврике, она перебирала рис. Увидев незнакомца, девушка засмущалась и прикрыла нижнюю часть лица свободным концом одеяния.

– Привет! – растерянно произнёс Актеон, не ожидая встретить тут кого-либо.

– Привет! – еле слышно ответила девушка, не поднимая на него глаз.

Актеон обрадовался, хоть кто-то понимает его в этой Богом забытой деревушке.

В комнату вошёл старик и что-то быстро сказал девушке. Та, не поднимая глаз, грациозно поднялась с пола, подошла к ведру, зачерпнула плошкой воду и, подойдя к Актеону, подала ему. Только в этот момент она решилась поднять глаза и посмотреть незнакомцу в лицо.

«Какая красивая!» – подумал Актеон. На миг забыв о жажде, он стал с неподдельным интересом рассматривать юную красавицу.

На вид ей было лет пятнадцать-шестнадцать. Стройное, гибкое тело, безупречный овал лица, чёрные, как смоль, волосы и большие миндалевидные глаза – несомненно, она была очень хороша.

Но тут девушка, засмущавшись, опустила глаза и выбежала из дома.

Старик кого-то позвал по имени, и в комнату вошёл худосочный человек, склонившись в почтительном поклоне. Было видно, что вошедший мужчина – слуга. Это позабавило Актеона.

Ведь жилище совсем не производило впечатление богатого. Тем не менее худой мужчина явно прислуживал старику.

Выслушав указание хозяина, слуга с таким же почтительным поклоном вышел. А старик что-то сказал Актеону. Но тот только недоумённо пожал плечами. Тогда индус крикнул во второй раз, и в комнату опять вошла сбежавшая юная красотка.

– Отец говорит, что ты – наш гость и можешь жить, сколько захочешь, – заговорила девушка на ломаном английском.