Алые проталины

Пушкин весело что-то рассказывал высокому идальго в испанской фетровой шляпе с культей вместо правой руки. Да-да, собеседником Пушкина был знаменитый Сервантес. К ним подбежал запыхавшийся Володя Высоцкий и «по секрету» шепнул пару слов, от которых все трое расхохотались. Разобрать слова не было никакой возможности, т. к. толпа росла, шумела, буквально «выкипая» из обширного пространства залы.

– Начнемте, друзья! – торжественно объявил старец в белой греческой тоге и голубой накидке, переброшенной через плечо.

– Это Гомер, – шепнул Гоша стоящему рядом Лешке. Леша не ответил, т. к. не смог разжать сомкнувшиеся от волнения челюсти.

Толпа выстроилась перед Престолом, каждый, кто имел головной убор, снял его. Слепого Гомера подхватили под локти два пожилых грека, в которых не трудно было узнать Аристотеля и Платона.

– Друзья! – воскликнул Гомер, – сегодня особый для всех нас день. Сегодня в торжественной службе во имя Красоты участвует само время! Поглядите на этих юношей, – тут, несмотря на слепоту, он точно указал на четверку наших героев.

Все присутствующие в зале обернулись. Гомер продолжил. – Роль, которую предстоит исполнить этим юным риторам Красоты, еще хранит будущее. Но мы сегодня имеем возможность с их помощью вернуть человечеству наши мысли, которые не сохранило время. По окончании торжественной службы я благословляю вас вручить нашим гостям стертые прихотью богов и человеческой вражды достижения разума, псалтири и резца. Да будет так!

Началась торжественная служба.

Если бы константа времени позволяла почувствовать длительность происходящего, все равно, для наших героев регламент службы показался бы яркой мгновенной вспышкой.

А происходило вот что.

Гении выстроились друг за другом в очередь к Престолу. Гомер взял Древнюю Книгу и встал перед Престолом в окружении Аристотеля и Платона. Каждый подходивший брал из рук Гомера Книгу, поднимал над собой и произносил: «Во имя Красоты да будет память обо мне!» Затем возвращал фолиант Гомеру и с поклоном отходил в сторону.

Так, в абсолютной тишине, один за другим шли к Престолу великие светочи человеческого разума и духа.

Вот последний из них (но первый на шахматной доске) гроссмейстер Алехин, завершая шествие, произнес единое для всех восклицание и передал Гомеру священную Книгу. Гомер положил Книгу на Престол.

Как только служба закончилась, гении окружили наших героев. Знаменитости имели до ребят особые поручения.