Бокал сангрии и паэлья

А если Мигель все-таки обманет? Если он предпочтет таки стабильное материальное благополучие эфемерным чувствам? А что если… Свежая мысль стрелой пронзает мое сердце, оставив в середине кровоточащую рану. Мои сомнения в честных намерениях Мигеля базировались на его возможной пренадлежности к вражескому клану. Я не исключала варианта, что он является британским засланцем, внедрившимся в мой лагерь с целью получения дополнительных улик. Но ведь имелся еще один вариант, гораздо более правдоподобный, который я почему-то упустила из виду.

Что если Мигель действовал не во благо жены и тестя, а из чисто эгоистических соображений? Он правда стал случайным свидетелем диалога между Венди и Майклом, в котором они обсуждали свои коварные планы в отношении меня. И тут ему пришло в голову, что раз кража уже так мастерски спланирована и виновный обозначен, то почему бы на самом деле ее не совершить. Таким образом он одним махом избавился бы, наконец, от зятя-ворчуна и жены-алкоголички, и преобрел бы свободу и деньги. Только вот кода Мигель не знал, хотя и пытался подглядеть, как Венди открывает сейф. Тогда он предположил, что его могла запомнить я, ведь мне семейное сокровище явно демонстрировалось. И он явился ко мне с благородным предложением помощи. Если вспомнить, то каждый раз, когда я начинала сомневаться, он пытался напомнить мне о якобы связывающих нас чувствах. То преобнимет, то поцелует, то намекнет, что любит. А я развесила уши и рада стараться. «Буду ждать». Ага, будешь, передачки в тюрму. Господи, неужели это правда? Я сжимаю во влажных пальцах кожаную ручку сумки. Почему эта складная и логичная схема выстроилась в моей голове сегодня, а не вчера или позовчера? Почему за смазливой физиономией Мигеля я не сумела во время разглядеть его крошечную подлую душенку? Ответ на эти вопросы кажется настолько очевидным, что озвучивать его, в очередной раз подчеркивая свою природную бестолковость и несообразительность, не имеет никакого смысла. Вместо бессмысленного самобичевания, стоит лучше направить мозговые усилия на поиск выхода из сложившейся ситуации. Такси съезжает с автострады на дорогу, ведущую в порт. Последняя возможность к отступлению. Сменить курс, попросить водителя высадить меня в другом месте. Спрятаться в каком-нибудь дешевом отеле. Ага, и долго я протяну в подполье? Без знаний языка, с двухстами латов на счету. Воображение услужливо рисует мне наглядную картину.