Бокал сангрии и паэлья

Потому как у каждой из нас есть своеобразный эталон, при встрече с которым вибрируют прожилки и из головы легкомысленной стайкой вылетают мамины заветы, папины наказы и собственное убеждение, что «я не такая, я на первом свидание ближе, чем на метр не подойду». Мой эталон полностью воплотился в Рикардо. Вернемся к нему. За время короткого лирического отступления томимые обоюдным желанием тела переместились с палубы в мою каюту. Я с удивлением узнаю себя в растрепанной полуголой девице, откровенно распластавшейся на кровати.

Темноволосая голова Рикардо склонилась над обнажившейся плотью, его руки сжимают мои бедра. Я извиваюсь, пытаясь освободиться из крепких тисков, потому что уже не в силах терпеть ту сладостную муку, которой он меня подвергает. Но он не отпускает до тех пор, пока мое тело не сотрясают блаженные спазмы. Я вытягиваюсь на простыне, довольно улыбаясь. Он поднимается и целует меня влажными губами. Поцелуй затягивается до самого утра. Наверно в какой-то момент мне все-таки удается уснуть, потому как, солнечные лучи обнаруживают меня спящей. Никакого представления о такте эти утренние гонцы светилы не имеют, и потому бесцеремонно шныряют по моему лицу, пытаясь заглянуть в глаза. В конце концов, им удается разжась слепленные сном веки. Возвращение в реальность дается мне с трудом. Опять снился брюнет с голубыми глазами? Это уже напоминает навязчивую идею плесневеющей в одиночестве старой девы. Надо как-то с этим бороться. Я зеваю и вылезаю с кровати. Все тело болит и ломит, как будто я провела весь вчерашний день в тренажерном зале. Воспоминания возвращаются яркими вспышками. Рикардо! Я лихорадочно оглядываюсь по сторонам. Его нет. На часах без пяти семь. Во сколько мы приплываем? Кажется, в семь. Mamma mia! Запихнув мысли о Рикардо в потайной сундучок и задвинув последний на дальнюю полку, я поспешно одеваюсь и чищу зубы. В железную дверь стучит проводник с просьбой освободить паром. Накраситься времени нет. Из тускло освещенного зеркала в ванной на меня взирает опухшая физиономия с щелочками глазами. Но как эти щелочки сияют! Я в последний раз осматриваю ложе любви и небогатую обстановку каюты, чтобы убедиться, что ничего не забыла. Вроде нет. Рикардо не оставил никакой записки, наверно он будет ждать меня на выходе. Как объяснить наше знакомство Майклу? Хорошая помощница, ничего не скажешь! Только отпустили в свободное плавание, сразу же притаранила на буксире мужика.