Инфернальная мистификация

– Ну, – Наталья Михайловна задумалась, – к примеру, Элен любит уединяться днем, а ночью требует, чтобы с ней в ее комнате обязательно ночевала горничная! – Графиня плотнее запахнула салоп.

– Ну, в этом еще нет ничего криминального, – пожал я плечами. – Возможно, Элен, как и многие другие, всего лишь боится темноты, – высказал вслух я свое рациональное объяснение.

– Возможно, – согласилась графиня. – Но тогда почему она всю свою комнату обставила вазами с розами?

– Что странного в том, что девушка любит цветы? – деланно удивился я.

– Ничего, – в очередной раз не стала возражать Наталья Михайловна, – если не считать того, что Элен никогда не выходит из своей комнаты без ветки шиповника. И потом, она зачастила в церковь, привечает каких-то странниц… На днях я видела, как Элен купила себе осиновый крестик! Вам это ни о чем не говорит?

– Ваша дочь решила, судя по всему, бороться с нечистой силой, – ответил я.

– Вот именно, – закивала Наталья Михайловна. – И мне это очень не нравится, – скривилась она.

– Ее будуар весь пропах чесноком, – грустно вставил свое слово Владимир, который до сих пор молчал.

– Все бы было ничего, – расстроено проговорила Наталья Михайловна, – но Элен утверждает, что ее пытались убить! В свете уже поползли самые нелепые слухи, – сокрушалась она. – И это почти перед самой свадьбой Мари!

– Очень жаль, что я не могу переговорить с Еленой, – заметил я.

– Я вообще не понимаю, зачем вам все это надо?! – поморщилась Наталья Михайловна.

Я невольно взглянул на часы. Они показывали около десяти. Наталья Михайловна величественно вышла из комнаты.

– Мне, наверное, в скором времени тоже станет мерещиться всякая нечисть, – сокрушенно проговорил Оленин и опустился на темно-зеленый диван. Потом он резко встал, налил себе рюмку коньяка из графина, одним глотком опорожнил ее и отчаянно воскликнул: – Как здесь не спятить?!

Я только в этот момент заметил на стене саблю с ременным темляком в виде петли.

– Не правда ли, хороша? – проследил граф за моим взглядом. – Только вот бессильна она против вампиров, – Оленин с гомерическим смехом развел руками.

– Элен ваша единоутробная сестра? – догадался я.

– Да, – Владимир кивнул. Он предложил мне коньяк, но я отказался. Что-то подсказывало мне, что я должен иметь непременно трезвую голову.