О любви моей расскажет вечность

Командовал армиями, правил провинциями, достиг власти выше королевской, и! заключён в башню, которую сам же построил.

Семь лет допросов, пыток.

Всё тело – незаживающая рана.

Не хватит слёз, чтоб исцелить её.

Разве что, слёз Софи…

«Где она? Что с ней?» – подумал я, слабея.

И вдруг услышал шаги.

Массивная дверь заскрипела, открылась.

За спиной тюремщика стояла…

Она приходила ко мне иногда, но во сне…

– Мне обещано свидание наедине, – сунула монету конвоиру Софи.

– Да, мадам, советую не подходить к нему близко, злоумышленник часто впадает в бешенство, чего доброго задушит вас цепью…

– Ступай, а то я задушу тебя своими руками!

– Да, мадам, – обиженно ретировался тюремщик.

– Жак! – метнулась к моему каменному ложу Софи, припала к цепям, целуя их. – Жак, как же это?

– В твоих глазах всё ещё цветут лесные фиалки, – через силу улыбнулся я.

– Ты совсем седой, – взяла она мою руку, хотела прижать к своей щеке, но увидела: большой палец раздроблен, почувствовала: кисть мертва от боли, и только воскликнула, – о, Боже!

А мне пришла мысль: вдруг король послал её отомстить за отвергнутую любовь, и эта пытка куда хуже дыбы и «испанского сапога».

– Я не заслужил такого подарка…

– Подарка? – волнуясь, переспросила Софи. – Если хочешь, я отдам тебе то перо, которым, помнишь, Господь благословил нашу любовь. Я всегда ношу его с собой.

Вот она, казнь: из груди вырвали сердце с тяжким грузом измены.

В ответ я только вздохнул.

– Хочешь воды? – спросила она, оглядывая темницу.

Я взглядом указал на большую деревянную лохань.

Она пододвинула её ко мне. Я нагнулся над слегка взбаламученной водой как над зевом колодца, увидел незнакомого столетнего старика, закрыл глаза.

– Я пришла сказать, что у тебя есть сын, такой же отважный и красивый, как ты, – сказала Софи.

– Сын? – не поверил я.

– Мы с ним были сегодня… рядом с тобой, на паперти…

– Прости! – с отчаянием посмотрел я в её отважные глаза. – Меня обвиняют в предательстве короля и папы, а я изменил сыну и той, что мне дороже жизни…

– Я никогда не переставала тебя любить, – вытащила она из тайного кармана меховой накидки пожелтевшее от времени перо, – верни его Богу и спроси, почему он не любит людей, которые любят…

– Мадам, лучники идут, – просунул голову в дверь тюремщик, – мессира повезут на казнь.

– Я пойду с тобой, – обняла меня Софи.

– Судьба преподнесла мне королевский подарок, – обвёл я голубиным пером овал любимого лица.