Рассказы, миниатюры. Поэтические миниатюры

Никто в этом парке, в этом мире не замечал его, но заплаканная девушка посмотрела на идущего по лужам человека, и Андрей увидел изумление в ее глазах. А зрелище, действительно, выглядело смешным. Он понял – она его видит!

Он плюхнулся на деревянную скамейку рядом с ней, снял ботинок и вылил воду. Света ошарашенно за ним наблюдала и даже перестала плакать.

– Русские лужи… Никогда не знаешь куда попадешь, – весело сказал Андрей, выжимая промокший носок.

Света промолчала. Он заметил, что она еле сдерживает смех.

– Тебе смешно? – продолжил Андрей. – Говорят, Ной голубей выпускал, чтобы те нашли ему сушу. Давай тоже выпустим? Хватит уже кормить их.

Андрей кинул ботинок в голубей. Ботинок отскочил от клочка асфальта и погрузился в глубокую лужу. Света не выдержала и хохотнула.

– Так-то лучше, – сказал Андрей.

Он устроился на скамейке поудобнее, запрокинул ногу на ногу. Солнце ударило в глаза, заставило зажмуриться.

Андрей посмотрел на чистое голубое небо, глубоко вдохнул прохладный воздух.

Выдохнул. Ему стало хорошо. Да, ему никогда не выбраться из этого нереального мира, не уйти от проклятой и такой любимой им весны. Некуда выбираться. Выхода в родной мир для него больше нет. Остается принять этот факт и смириться. К тому же здесь он не одинок. Совсем не одинок. У него есть Света. Теперь они втроем. Он, она и весна. Не об этом ли он когда-то мечтал. Весь этот новый иллюзорный мир теперь их личный рай и личный ад.

Переход

Глава первая. Мирное шествие

– Смерть бессмертным! Смерть бессмертным! – скандировала толпа, размахивая транспарантами и маленькими плакатами с перечеркнутыми изображениями первых бессмертных.

Полиция сопровождала шествие, оцепив его по кругу щитами. Они никого не впускали и не выпускали. И старались не провоцировать толпу. Их было много, очень много. Не меньше двух тысяч. Полиция не справилась бы с ними при всем желании.

Я шел за оцеплением и наблюдал со стороны. Эта живая и неповоротливая река из людей завораживала.

Ее гул гипнотизировал и пробуждал страх. Да, было страшно. Толпа опасна. В любое мгновение ее размеренное плавное шествие могло перерасти в стремительную бурлящую волну, сметающую все на своем пути.

– Безбожники продали душу дьяволу! Смерть безбожникам! – надрывалась толстая тетка. – Не дадим дьяволу плодить демонов на Земле!

– Ишь как голосит. Демоны значит.. Что-то в этом есть, – я заметил рядом с собой седого мужчину лет шестидесяти. Он шел рядом со мной.