Французский сезон Катеньки Арсаньевой

– Вот уж не ожидал с вами свидеться, Екатерина Алексеевна, да еще в таком месте… Вы меня, должно быть, и не помните?

Пожав плечами, я покачала головой, подтверждая его слова.

– Вы с Александром Христофорычем ко мне в лазарет приходили. Когда меня подранили, вспомнили?

– Ну, конечно же, – искренне обрадовалась я, – то-то я вижу – знакомое лицо.

Теперь я вспомнила этого человека. Несколько лет назад он – совсем еще молоденький и необстрелянный – в одиночку пытался усмирить толпу перепившихся грузчиков в порту и получил бутылкой по голове.

Александр отнесся к его поступку с большой симпатией и не отказал мне в просьбе познакомить с юным героем.

Тогда-то мы и навестили его в больнице. Он произвел на меня весьма приятное впечатление, и я несколько раз посылала ему корзинки с провизией.

С тех пор он возмужал и окреп, но по большому счету – совсем не изменился. А когда улыбнулся, – казалось, снова превратился в того мальчишку, каким оставался в моей памяти все эти годы.

– Да-да, – улыбнулась я своему воспоминанию, – как голова, не беспокоит?

– Как новая, – расплылся он уже в широчайшей улыбке, обнажившей широкие прокуренные зубы, – а вы к Всеволоду Ивановичу? Они должны были вернуться с минуты на минуту, да боюсь дождик их задержал.

«Дождик» между тем превратился в настоящий ураган. От мощных шквалов сотрясало стены, а из-под под двери к моим ногам уже пробежала по полу тоненькая струйка.

– А далеко ли он отправился? – спросила я своего старого знакомого.

– Да… перекусить, – смутился он.

 – Они с доктором тут почитай с утра, так что проголодались, а меня вот оставили за сторожа…

– Я слышала – тут произошло что-то ужасное? – спросила я, стараясь выглядеть максимально непринужденно.

– Да пока непонятно… – пожал плечами моментально посерьезневший молодой человек.

– Неужто убийство? – сделала я большие глаза.

– Не исключено, – покашлял он в кулак, напомнив мне в эту минуту размышлявшего о высоких материях крестьянина, и неожиданно предложил:

– Если интересуетесь – могу показать…

– А что – кроме тебя в доме никого нет?

– Был еще слуга господина Лобанова, смешной такой старичок, но после допроса ему стало нехорошо, и он ушел к соседям.

– Так это он сообщил о случившемся в полицию?

– Извините, я этого не знаю, но кому же еще? Должно быть он…

Мне положительно повезло с этим молодым человеком.

– А Всеволод Иванович не будет ругаться? – осторожно спросила я, задержавшись на первой ступеньке лестницы.