Нагретый песок приморского рая. Роман

Миновав должников Баксовета и их детей, которые уже носились по дороге, оглашая тем самым, что это их игровая территория, машина въехала в зону тех, кто был сам по себе, где еще царила относительная тишина. Из числа разных и независимых владельцев дач так рано никто не переезжал, многие, часть лета проводили за пределами Апшерона, благо получалось заработать на путевку и попасть на лоно другой природы. И потом, многодетностью эта череда дач не отличалась. Два мальчика или две девочки, или все вперемешку.

Здесь дети не косились друг на друга, а улыбались, прячась за спины родителей. Может быть потому, что родители улыбались друг другу и здоровались по-соседски. Позже, на берегу моря, куда стекались все ради загара и большой воды, дети знакомились, вовлекая в свою дружбу и родителей.

– Все, приехали! – Огласила Хиджран.

Её никто не услышал. Их уже в салоне не было. Они дружно открывали врата своего рая.

Первым на дачу, как всегда, вбежал Сеймур.

Мам, я сейчас! – Крикнул Сеймур, унося себя вглубь дачи.

Его босые ноги отталкивались от сухого песка, словно два острых клинка, придавая ему, тем самым, стремительности. Широко разведя руки, он на ходу касался широких листьев инжировых деревьев и нежную поросль виноградников.

Так, Сеймур приветствовал постоянных обитателей дачи и оглашал начала дачного сезона.

– Эй…, чокнутый! Иди, будем разгружаться, – окрикнул Фархад возбужденного брата.

– Слышишь, Сеймур! Мы ждем, – присоединившись к общей просьбе, Хиджран попыталась призвать сына вернуться от щенячьих радостей, к взрослым обязанностям.

Дача Рагимовых была как у большинства дачников – четверть гектара.

Совхоз делили равномерно, исходя из количества отцов семейств, изъявивших желание иметь загородный участок, а не из количества членов семьи. Двадцать пять сот приморской земли считались достаточными для одного дома, деленного на две комнаты по 14 квадратных метров, и кухней на 5 кв.

метров, где должны были уместиться множество едоков, состоящих из детей, внуков, а у некоторых даже из правнуков.

Осваивая побережье, кто- то думал практично, по – государственному – без лишних эмоций.

Один дом на отдельном участке, чтобы не перенаселяли и жили дружно.

Рагимовский дом строили все Рагимовы – папа и дядя. Идрис и Эльдар. Две опоры одной женщины – бабушки Солмаз.