Край света

– Милостивые сударь, сударыня, простите великодушно!

Навстречу пилигримам с пука соломы у края глинистой дороги поднялся бородатый человек в вязаной шапочке набекрень и в пальто, запятнанном краской. Штаны у него были длинные, складками, волочащиеся по пыли, обросшие бахромой. Ботинки древние, исцарапанные. Приставшие к пальто соломинки он даже не пытался стряхнуть.

Лиза испуганно сжала руку отца.

– Кто вы? – настороженно спросил Дитрих.

– Бомзе Юрий Тимофеевич, бывший музыкант, – отрекомендовался бородатый и поклонился.

 – Позвольте полюбопытствовать, кого имею честь лицезреть?

Дитрих назвался и представил дочь.

– Очень, очень приятственно, – молвил Юрий Тимофеевич.

– Скажите, куда ведёт эта дорога?

– К нашему Хранилищу, разумеется.

– Хранилищу чего?

– Приходов, известное дело. Милостивый государь, правильно ли я понимаю, вы желаете попасть Вовне?

Дитрих покраснел. Ему ещё никогда ни с кем не приходилось говорить о своих намерениях вот так напрямую, в открытую, вслух.

Между тем, бородатый вёл себя естественно, словно беседовал о погоде. Словно никогда не жил в Золотом Городе с его нормативной лексикой, нежелательными темами разговоров. Словно он встречал пилигримов множество раз.

– В этом нет сомнения, – самостоятельно решил Юрий Тимофеевич. – Вижу, путники вы усталые. Стезя предстоит долгая и многотрудная. Разрешите пригласить на огонёк. Зинаида Петровна, наша несравненная, готовит прекрасные каши. А после отдыха продолжите свой путь – я укажу верную тропу.

Дитрих подумал, взглянул на Лизу и молча кивнул.

Дорога их привела к огромной, многокилометровой промышленной свалке. Территория её не была огорожена, однако при въезде высилась претенциозная прямоугольная арка с отвалившейся вывеской и болтающимися проводами. Сразу за аркой начинались тянущиеся до горизонта горы различных отходов. Чего здесь только не было! Обломки железобетона. Всевозможные куски железа, пластика, дерева, резины. Треснутые фаянсовые изделия. Мотки проволоки.

Автомобильные шины в невероятном количестве, а также остовы самих автомобилей. Ржавые бочки и контейнеры. Бывшая в употреблении мебель.

Навстречу выскочила лохматая овчарка, замахала хвостом. Бородатый потрепал собаку по рыжей холке и уверенно повёл гостей в глубину завалов. Свалка походила на настоящий город – с улицами, проулками, широким проспектом. Дитрих вспомнил слова Стеклянного Человечка. Здесь тоже, оказывается, жили люди, причём в немалом количестве.