Волчонок с пятном на боку

Говорю же, пару-тройку недель, а там решим. Ты же и работу сможешь найти, если жить будет где. А там и сама на ноги встанешь…

– Ой, не знаю я, Стёпа. Там, в подвале, я не одна… Бросить не могу их. Светку-горемыку и деда одного. Старый он совсем. Мы втроём, считай, друг за дружку два года как держимся. Ведь, не поверишь, не алкаши и не лихой народ. Люди они хорошие, просто попали в ситуацию. А в подвале более-менее тепло, электрочайник есть с плиточкой, спим на топчанах, матрасы не рвань какая. Дед даже санузел наладить умудрился.

Так что сносно всё, но спасибо тебе. Не могу я бросить их! Пропадут без меня.

Степан с досады хлопнул себя по коленям, покачал головой, вскочил со стула и вышел на лестничную площадку, к мусоропроводу. Закурил. На верхних этажах хлопнула дверь, гавкнула собака, что-то переливчато звякнуло, но не разбилось. Степану показалось, что по ступенькам покатилась пустая бутылка, донеслось: «ну что за жизнь така-а-я, твою мать» !? Потом ударила железная дверца.

Сверху по трубе мусоропровода загрохотало, полетело со стеклянным звоном вниз. Степан резко затушил сигарету.

Вернувшись на кухню, он увидел, что Бабзин моет посуду.

– У меня есть часа полтора. Веди, Бабзин, в подвал.

В подвале

С первого этажа неслась новогодняя песня: «Но-вый год стучится, ско-ро всё случится… Сбу-дет-ся, что снится…»

В подвале чувствовалась сырость, пахло мышами и извёсткой. Периодически из стояков слышался шум сливаемой воды; водопроводные трубы, исторгая из себя странные утробные звуки, урчали и напряжённо гудели.

Обиженно молчали лишь укутанные в желтоватую стекловату еле тёплые трубы отопления. Жильцы этого грустного обиталища давно ко всему привыкли и уже не обращали никакого внимания ни на запахи, ни на посторонние звуки.

Поляков недовольно поморщился, глядя на приплясывающую Светлану:

– Светка, ну-тка стукни по трубе, – не выдержал Поляков. – Не могу слушать эту мутотень в мильонный раз. До Нового года месяц, а он празднует.

Недоросль, жертва Олимпиады.

– Ты, Поляков, не просто старик бородатый и вреднющий, ты знаешь кто? – Светка резко застегнула молнию на красной коротенькой куртке. – Говорю же тебе – это «Дискотека Авария» – прикольный музон. Мне нравится. А Захарка не жертва олимпиады, просто он мулат. И вообще, я сейчас ухожу. В Светёлкино автобус приезжает с гуманитаркой. В прошлый раз говорили, что шмотки привезут и какие то наборы с вкусняшками.