Знакомьтесь, мой текст. Сборник лучших работ участников онлайн-марафона

Тебе не интересна моя внешность, тебе безразличны мои увлечения. Но как только возникают невротические мысли, ты тут же проникаешь и начинаешь раздувать мои вены изнутри. Ядом наполняешь мое тело, тягучим мерзким веществом.?

Я падаю на колени и кричу. Я кричу так, что у меня лопаются жилы на шее, впадают глаза в череп. Но тебе это безразлично.?

– Скажи, зачем ты меня подталкиваешь к тому, чтобы смотреть на цифры и завидовать? Почему не даешь радоваться тому, что есть?

– Чтобы ты росла.?

Двойным переливом звучит в нервах и, главное, в голове.

Голова так тяжела и так горяча… Кажется, будто кожа сейчас слезет и будет висеть, как время на картинках Дали.?

– Зачем не даешь радоваться и развиваться в том, что я делаю? Зачем тащишь меня туда, где бездонно?

– Чтобы ты росла.

– Зачем ты мешаешь мне быть с людьми?

– Чтобы ты изучала их психику.?

Меня ненавидели в школе. После переезда в другую страну, ненавидели в институтах, где я училась. Я не знаю, почему я вызываю у людей повышенную тревожность и внимание ко мне.

Я больше не хочу быть изгоем.?

– Все для того, чтобы ты росла.?

И вдруг пронзительная тишина. И я крошечной феей иду по ниточке. Тонкой, которая тянется из одного нейрона к другому. Из мрака к свету.

Паула Стоун @writer_paulastoun

Теплые лучи закатного солнца играли с ветром в его темных, чуть вьющихся волосах. Он был очень красив в ту минуту. Он сидел над самым обрывом, свесив ноги вниз и глядел вдаль, на сине—зеленые горы, подернутые предвечерней дымкой.

Щурился в закат, улыбаясь каким—то своим мыслям.

Я подошла, присела рядом. Где—то далеко внизу синим топазовым ковром колыхались поля васильков.

Несколько минут мы сидели в тишине. Он глядел вдаль, а я разглядывала его, любовалась.

– Чего звала—то? – он первым нарушил молчание. Повернул ко мне залитое теплым вечерним светом лицо. Губы тронула легкая привычная улыбка.

– Да вот, – смешалась я. – Хотела посоветоваться. Писать или не писать? Опять что—то меня затягивают сомнения.

Нужна ли моя писанина кому—то? Интересна ли? Да и могу ли я писать наравне с другими, у которых уже свой круг читателей? А я где—то в сторонке… Может, и не надо мне все это, а? Плюнуть что ли.

Он слушал, смотрел на меня спокойно и внимательно. Когда мой монолог подошел к концу, он поднес к моему лицу ладонь и провел ею по щеке.

– Опять ты за свое, да? Тогда давай, как в прошлый раз. Вместо слова «писать» подставь слово «жить». Что теперь выберешь?

– Жить.