Лиловая тетрадь

Доход у него высокий.

– Скажем так, я руководитель среднего звена.

Это из последних вопросов.

Ура, одна анкета «убита»!

– Спасибо, вы мне очень помогли!

Спускаюсь. Наталья Николаевна всё ещё общается с народом. Она же у нас – депутат райсовета.

Я взахлёб, во всех подробностях рассказываю ей о проделанной работе, и она говорит:

– Правильно, не надо к таким заходить, ещё чего!

И я иду штурмовать другой дом.

В одной из квартир мне открыла какая-то забитая, запуганная женщина лет сорока пяти, с короткими русыми волосами и выпученными от дикого страха глазами, и на мою просьбу всё так же пришибленно покачала головой.

А может, её сейчас гоняет пьяный муж или сын? В другой же мне отворил пенсионер либерального толка. Он подчёркнуто обречённо, как фашистскому оккупанту, согласился ответить на мои вопросы. Я зачитала, что он думает насчёт реформ, и он заявил:

– Ну, раз начали, то нужно продолжать!

Мимо нас сновали соседи, и либерал со всеми здоровался и жаловался, что его мучают, отрывают от дел и не дают покоя.

Но вот и предпоследняя анкета убита!

А Наталья Николаевна, словно политический апостол, всё ещё учила народ на рынке. Подробно рассказываю ей о «клиенте»:

– Ну и дурак! – возмущается она.

В последней на моём скорбном пути квартире открыла бабушка. Она впустила меня в прихожую. Сначала бабка честно пыталась ответить на вопросы, а потом сказала:

– Поставьте везде «нет»!

Женщина была высокого роста, полная, вернее, опухшая, с ещё чёрными (или же крашенными?) длинными волосами и выразительными, чёрными, как виноград или смородина, глазами.

Хохлушка, наверное. Или еврейка. Она и сейчас красива. Дышала жительница очень тяжело.

И вдруг как начнёт причитать! Она, Валентина Николаевна, инвалид второй группы по кардиологическому заболеванию. Пенсия маленькая, сыновья-военнослужащие зарплату не получают, и мальчик семи лет на день рождения без подарка!

– Я бы пошла работать, – голосила Валентина Николаевна, – но кто меня, пенсионерку, возьмёт!

– Так у меня другая беда! Мне все говорят, что мне не надо платить зарплату, потому что у меня родители работают!

Тумблер на мозговой панели бабки тут же переключается:

– А если бы родителей не было?!

– Тогда не знаю.

Я просто, как тот старик из пушкинской сказки, закинула невод. А кто здесь тина, трава морская и одна рыбка – не знаю. Но ничего золотого, это точно.

А Наталья Николаевна всё ещё стояла на рынке. Я рассказала ей про последнюю встречу.