Мальчик и море. Непридуманные истории

– Мама, давай Марысю высушим?

– Положи ее на солнце, она сама обсохнет. Давай лучше рану твою обработаем и спину кефиром намажем.

Марыся и правда уже успокоилась. И как только я поднес ее к земле, она тут же сиганула вглубь сада. За рыбой. Мы пошли к дому. На встречу из-за угла вышел Джаник.

– Странный магнитофон. Включается сам по себе. Кстати, ты слушал группу «Queen»?

– Нет!

– Идём! У меня есть кассета. Тебе должно понравиться.

Мама подтолкнула меня вперед.

– Идите. А я сейчас найду аптечку и чем тебя намазать и приду.

В подвале было прохладно, хотя полуденное солнце и сюда добралось, разогрев пятачок мрамора на полу. А ещё было слышно, как где-то в доме дядя Тофик ругается с тетей Таней. Чего-то там про еду и про то, что она не умеет готовить и как он травится с тех пор, как с ней живёт… и все в таком роде. Но Джаник включил кассету, и настало время «Queen»… Эта музыка заполнила каждый атом пространства и заставила дышать все предметы в такт с голосом Фредди Меркьюри. Звучала песня «Мама…», когда в дверях появилась моя мамочка с аптечкой и кефиром.

– О! Я, кажется, под музыку.

– Мам, тут все под музыку, только осторожно, пол очень скользкий!

Джаник подал маме руку и проводил до кровати.

– Чего они там?

Мама достала перекись.

– Не прислушивалась. Из-за пельменей вроде…

– А! Дюшбара! Это его любимые. Какая его муха укусила? Вы сколько ещё тут пробудете?

– Вообще на неделю хотели… но теперь не знаю. Как сын скажет.

Мама посмотрела на меня.

Я пожал плечами. И лег на живот, подставив спину под кефир. Джангир направился к себе в комнату.

– А я пойду собираться. Сейчас поеду в город. Надо к экзамену готовиться.

Я удивился.

– А ты учишься? Где?

– В Институте нефти и химии. Кассету оставлю. Потом отдашь. Не забудь магнитофон из сети выдергивать! А то как заорёт!

И Джаник ушёл. «Донт стап ми нау…» запел Фредди, и мама, налив мне на спину холодной жирной жидкости, стала растирать ее, рисуя круги ладонями.

Я проснулся от того, что Марыся своим шершавым языком слизывала с меня воспоминания о кефире, ставшие чем-то наподобие солёного творожка.

В комнате было темно и тихо. Вечер опустил розовую занавеску на окно. Кассета группы «Queen» не домоталась до конца, значит, мама выключила её, когда я уснул. И даже выдернула магнитофонный шнур из сети. В комнате Джангира было пусто. Уехал! Я вышел на улицу и повернул за угол, кошка следовала за мной, теперь она меня любила еще больше.