Между молотом и наковальней. Из хроник времен XIV века

Позже сообщу тебе свое решение.

Молодой человек поклонился и покинул залу. Отпустив телохранителей-татар, Витовт остался один и призадумался. Человек не способен предвидеть грядущее, задернутое пеленой времени, но он всегда силится сделать это, хотя часто не удачно. «Дать согласие на брак дочери с Василием или искать жениха поближе и попроще? Что мне сулит внезапное появление московского княжича – подарок судьбы или пустые хлопоты?» – мучительно соображал Витовт, не находя ответа на этот вопрос.

Выйдя из замка, Василий стал спускаться к замершей реке.

На льду под крепостной стеной девица в шубке довольно долго каталась на костяных коньках. Приглядевшись, узнал ней княжну Софью. Спустившись и подойдя к берегу реки, остановился. Сделав круг, потом еще один, девица остановилась против Василия, лихо затормозив коньком.

«Воистину ведьма!» – мелькнула мысль, но, стряхнув оторопь, похвастался:

– Только что просил у Витовта руки его дочери. Обещал подумать…

– Ну, ты и наглец!

Слово за слово, разговорились.

Княжна поинтересовалась, как он умудрился бежать из Орды? Не страшно ли было?

– Мой батюшка отослал меня к Тохтамышу с «выходом». Сопровождающие меня мужи добились того, чтобы ярлык на Владимирский стол остался за Москвой, но хан оставил меня у себя, как и прочих наследников великих князей: тверского, нижегородского и рязанского. У старшего из нас нижегородского княжича Василия Кирдяпы жена осталась в Суздале, и он попытался бежать к ней, но у брода через Суру встретил татарского посла.

Тот спеленал беглеца и вернул в Сарай-Берке. Царь[8 - Царями на Руси в ту пору называли византийских императоров и ордынских ханов.] не на шутку разгневался, и Кирдяпе пришлось за свою борзость принять истому заточения… – поведал Василий.

– Так вы, бедненькие, там без женской ласки мучились? Ой, не верю! Признайся, наложниц вам небось присылали? – озорно прищурилась Софья.

В самом деле, как-то на Пасху, в светлое Христово Воскресение ханский евнух привел к нему юную осетинку, дабы разговелся, но княжич застеснялся.

Ему тогда было тринадцать, и он отослал ее обратно…

Уловив неловкость собеседника, княжна расхохоталась и переменила разговор:

– А почему бежал окружным путем?

– Тохтамыш тогда откочевал к Хвалынскому морю[9 - Так тогда называли Каспийское море.], и мурзы, которых подкармливал батюшка, всё устроили самым лучшим образом. Волжский путь они посчитали наиболее опасным, поскольку по нему в первую очередь и пошлют погоню за беглецом.