Не смотри вверх, детка. Почти детективная история

Если бы год назад кто-нибудь сказал ей, что она будет целыми днями бить баклуши, она бы рассмеялась громко, звонко, слышно было бы на полдеревни. Тогда, в прошлой жизни, у нее было хозяйство, огород, куры и кот Матрос, а сейчас от этого осталась кое-где проросшая прошлогодняя петрушка, да и взошла невыкопанная картошка, и крапива, море крапивы, она уже закрыла собою весь забор.

Любовь Петровна прихватила с собой большую хозяйственную сумку и отправилась во двор, там немного походила, перемещения ее были похожи на движения богомола, осторожный шаг вперед – покачивания – отступление назад.

О чудо, в конце дорожки у края заросших грядок зацвел чистотел, яркими желтыми крестиками, говорят, он волшебный, залечивает любые раны. Это, наверное, подарок, Любовь Петровна подняла вверх свое восковое лицо и поблагодарила. Сверху ничего не ответили, но издалека послышалось знакомое позвякивание – это Тамара, ангел, катила свою странную повозку, четыре колеса от старой детской коляски и деревянный ящик сверху. От избытка нахлынувших чувств, женщина потеряла равновесие и чуть было не завалилась на грядки.

– Тамара, – просипела она, – Тамарочка.

Никто не отозвался. Голос Любови Петровны совсем ослаб от редкого использования, тогда она неловко ухватилась своими замотанными руками за черенок лопаты и что было сил ударила ею по забору, скрип затих.

– Петровна, это я, не хулигань.

– Тома, как хорошо, что ты пришла, – еле слышно прохрипела затворница.

– Что? Я тебя совсем не слышу…

– Та-ма-ра, – от усилий голос совсем почти пропал, а ей обязательно надо было сказать про воду.

– Погоди-погоди, не напрягайся. Сейчас поговорим.

Интересно, о чем это она? Любовь Петровна приникла к дырке между створок ворот. Тамара, моложавая и крепкая, привязывала какой-то пакет к их веревке.

– Тащи, это тебе подарок от моего сына.

Пакет был очень легким, и Любовь Петровна опасалась, что продукты почтальонша не привезла. Над заколоченной кое-как калиткой была протянута веревочная лебедка, закрепленная с одной стороны на крыльце и тополе за забором с другой, это была «дорога жизни» для отшельницы, так ей доставлялись продукты, приобретенные на ее небольшую пенсию.

Эта изоляция была добровольной и односторонней, причину которой Любовь Петровна никому не говорила.

В пакете находился старый мобильный телефон.

– Петровна, нажми на кнопку с зеленым значком.

Это было не просто сделать с ее руками, но она справилась.