Прозой по жизни

Необходимость в территориях окраин великого государства в последний раз серьёзно рассматривалась Петром Первым. Другие правители рассматривали эти самые окраины исключительно как средство обогащения, при этом каждый последующий явно старался переплюнуть предыдущего. Орудующая по сложившимся историческим законам действующая власть совершенно не собиралась менять правила игры. Более того, складывалось подтверждённое реальными делами мнение, что эти самые окраины спешно зачищаются для дальнейшей передачи космически размножающимся восточным соседям.

Прочно убедившись, что место проживания в нескольких поколениях даже коренных народов не является основанием для любви, а тем более помощи государства, Толян предпринял возможные меры. Нехитрый анализ подсказал, что центром всего происходящего, исходящего, а особенно приходящего в стране является уже даже не сама Москва, а её отдельный район, «Рублёвка». Столичное окружение в 25 млн. жителей и всё остальное население России, скупо распределённое по бескрайней территории, работало именно на этот небольшой, но мощный плацдарм концентрации власти и денег.

Конечно, в отдельно взятых случаях концентрация могла поделиться. И вот этот случай нужно было суметь заставить случиться.

При настойчивом мозговом штурме всех возможных родственников кто-то вспомнил, что крёстным отцом Юринова когда-то стал легендарно прославившийся сейчас в стране Пал Палыч. Слава Пал Палыча прокатилась от самых дальних окраин до столицы, обрастая недвижимостью, денежной массой и связями.

Давно забытый крестный отец успешно банкротил никому сегодня не нужные бывшие гиганты соц. индустрии, направляемый партией власти к будущему народному счастью. Денежная масса и счастье в лице его народного представителя, на удивление, также получала прописку на Рублёвке. Олигарх, к его чести, не забывал, правда, никогда и ничего, и особенно дорожил добрым мнением о себе на малой родине.

Еженедельное субботнее собрание узкого круга лиц, оно же барбекю, шашлыки или, назвать попроще, пьянка была в самом разгаре.

Толян, которого не отторгли, но предупредили о присутствии членов правительства и руководителей финансовой элиты, старался держать независимый вид. Высокий рост, спортивное телосложение и правильные черты лица аккуратно вписывали его в круг сидящих за столом.

– А что там у вас, в глубинке, с финансированием? – раздался вдруг завладевший общим внимание вопрос.