Странноведение. Маленькая городская сказка

Сейчас Лебедев решил пройтись вдоль путей. Отчасти повторить ночной маршрут. Отчасти – потому что уж больно много различий.

Он, необъяснимо для самого себя, зачем-то оторвал листок с номером телефона с объявления о найденной собаке без примет и пошел вдоль путей.

Сейчас, если идти по ходу следования трамвая, по левую руку стояли дома и лавочки, сплошь аккуратные и низкорослые – это совпадало. Так же по левую руку в некотором отдалении ровной полосой стояли высокие электрические фонари. По праву руку совпадений не было.

Справа вдоль трамвайных путей вился узкий тротуар, сейчас наполовину разобранный (камни лежали аккуратными кучками здесь же). За ним, правее, кое где торчали деревца. Туи что ли. И все. Дальше шла городская стена. Толстая, надежная, старая, как сам Город.

И пахло сейчас разогретыми за день на солнце камнями, пылью и какой-то железнодорожной (другого определения Лебедев придумать не мог) смазкой. Запахи были хорошими, родными, теплыми и совершенно летними.

Но в них не было места запаху леса, этому смешению влажной земли, растущей и отмирающей зелени, смолы деревьев, хвои.

Появись сейчас хоть нотка, хоть намек на этот запах, это было бы чужим здесь – в разомлевшем городском вечере.

Лебедев шел, не узнавал мест. Домики сменялись точными их близнецами. Фонари стояли ровным строем. Кое где на деревьях, если вдруг попадались лиственные, уже начинали желтеть листья, напоминая о том, что лето не вечно.

Справа по-прежнему все было ограничено стеной.

Разобранный тротуар не давал никакой возможности идти по всем правилам движения, а потому Лебедев шел между рельсов, оглядываясь, посматривая, не приближается ли трамвай. Несколько раз он отходил на разоренный тротуар, потом снова возвращался на пути.

Пройдя несколько остановок, он устал, окончательно убедился, что здесь ему больше ничего не светит – рельсы сворачивали от городской стены в Город, он решил дождаться первого же трамвая и поехать домой.

До дома он ехал долго, с пересадками по подсказкам машинистов. На его вопрос, нет ли здесь поблизости парков, машинисты только пожимали плечами.

Добравшись до дома, Лебедев рухнул без сил в постель, не расстилая ее, и моментально уснул. Спал он без снов.

Когда он проснулся, солнце уже давно поднялось. И, как и вчера, оно поднялось над Торговым районом. Туман Низовья уже ушел. Новый день уже шумел и суетился. Кот так и не пришел.