Главное: в минуты отчаянья, или когда от гнева горит лицо, не забывать данное себе обещание о том, что ты можешь всё

Главное: в минуты отчаянья, или когда от гнева горит лицо, не забывать данное себе обещание о том, что ты можешь всё

Е. Жданова

Пишите вашу жизнь и ваши чувства. После нас останется написанное черным по белому. Нам решать – ЧТО.С наилучшими пожеланиями и теплотой,Елена

Главное: в минуты отчаянья, или когда от гнева горит лицо, не забывать данное себе обещание о том, что ты можешь всё

Е. Жданова

Пишите Вашу жизнь и Ваши чувства. После нас останется написанное черным по белому. Нам решать – ЧТО.

© Е. Жданова, 2021

ISBN 978-5-4496-8982-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

«У господа Бога спросили намедни…»

У господа Бога спросили намедни:

«Зачем на Земле создаёте Вы бедных?».

Ответил достаточно точно и просто:

«А чтоб был контраст, и возможность для роста».

Спросили: «Зачем создаёте Вы хворых?».

Сказал: «Лишь у них есть в душе мощный порох».

«Зачем нам несчастные?». «Те – для покоя.

Они тормозят богачей и здоровых».

«Зачем нам ублюдки?». «А это – для фарса,

И чтобы Земля отличалась от Марса».

«А если вот так у нас всё совершенно,

Зачем тогда Вы нам, господь всезаконный?».

«А я – по причине, что во всей вселенной

Нет больше того, кто вам это напомнит».

«Княгиня встала, поправила жемчуг…»

Княгиня встала, поправила жемчуг.

И всё из жемчуга белое платье.

На шее брильянты и в рукаве карты.

Она – идеал и зависть для женщин.

Княгиня богата. А разум искусный

Такое придумает – не найдёшь слов.

Но знайте, насколько же ей тяжело

Себе соответствовать и своим вкусам.

Пусть рядом мужчины-аристократы,

И всё из жемчуга белое платье…

Она не признается, но ей не легче.

Княгиня встанет, поправит жемчуг.

«Посмеялась и прошла…»

Посмеялась и прошла.

Что ты делаешь, раба?

Этот вольный господин

За тебя не даст гроша!

Надрывается душа…

Господин идёт в кабак,

Он уходит не один.

Верный шаг – неверный шаг…

Посмотри на свой улов.

С этим лишь тебе решать.

До чего ж ты хороша,

Мимолётная любовь!

«Резьбой по синему ложились облака…»

Резьбой по синему ложились облака.

Ни поцелуев не осталось, ни улыбок.

И перекатывала из руки рука

Заслуженный за что-то мною кубок.

Зачем я здесь? Зачем я так? И мне за что?

В загривок памяти вбивает звон истерик

Новорождённый вечностью простой закон:

Никак, нигде и никому не верить!

Учитель – я.